Онлайн книга «Архитектор Душ IV»
|
Паника — плохой советчик. Особенно для тех, кто привык действовать из тени. Они должны были занервничать, попытаться понять: откуда утечка? Что я знаю на самом деле? Блеф это или у меня действительно есть козырь? Но все равно нет-нет, да проскакивали в голове мысли: а что, если все в пустую? Что, если я просто трачу время зря вместо того, чтобы рыскать по городу в поисках кроличьей оккультистской норы? Телефон зазвонил с пронзительной резкостью, заставив всех в кабинете вздрогнуть. На экране высветилось: «Неизвестный номер». Вот оно. Все взгляды в помещении мгновенно обратились ко мне. В воздухе повисло напряжение, которое натянулось до того, чтоб обещало вот-вот лопнуть и полоснуть тонкой струной по лицу. Я поднял трубку, но не произнес ни слова. Выдержал паузу в пять секунд. Десять. На том конце провода тоже молчали. Психологическая дуэль, в которой кто-то должен был сделать первый шаг. Но это они пришли ко мне, а не я к ним. — Громов, — раздался голос в трубке. Я не слышал ни единой нотки вопроса в голосе. Совсем. За искажением угадывались знакомые интонации, но я не мог припомнить говорившего. — Громов, — подтвердил я. — Это Грим. Я выдохнул. Опять не они. С другой стороны, если звонит он, значит есть какие-то продвижения. Я поднял руку ладонью вниз, и медленно опустил ее — жест, понятный без слов. Отбой. Ложная тревога. В кабинете пронесся едва слышный коллективный выдох. Алиса, замершая у своего стола, снова села. Лидия, стоявшая у окна, отвернулась и сделала вид, что изучает площадь. Напряжение, сгустившееся до плотности ртути, медленно начало растекаться. — Я прочел твое сообщение, — голос Грима в трубке был глухим, лишенным обычной металлической уверенности. В нем сквозила усталость человека, который провел ночь не во сне, а в тяжелых раздумьях. — Всю ночь не спал. Крутил в голове. У меня появилось одно предположение… страшное. Но я не уверен. Он замолчал, словно ожидая, что я начну его торопить или задавать наводящие вопросы. Я не стал. В моей прошлой жизни я достаточно наслушался родственников погибших, чтобы знать: когда человек стоит на пороге неприятной правды, ему нужно дать время, чтобы он сам сделал шаг. Любое давление лишь заставит его отступить. — Что именно вас смущает? — спросил я ровным, почти безразличным тоном, как будто мы обсуждали не бойню, а расхождение в бухгалтерских отчетах. — Все, — выдохнул он. — В отчете сказано, что работали профессионалы. Я и сам это видел. Почерк, тактика… Но при этом садистские наклонности. Избыточное насилие. И твоя рекомендация… обратить внимание на смежные круги. И на своих. Но ведь… — он снова запнулся, и я почти физически ощутил его внутреннюю борьбу, столкновение незыблемого кодекса чести с упрямыми фактами. — Свои не могли так поступить. Я глубоко вздохнул, откинувшись на спинку кресла. Его неверие было мне понятно. Это защитная реакция психики. Когда сталкиваешься с предательством там, где ожидал найти лишь братское плечо, разум отказывается принимать реальность. Он ищет любые другие объяснения, самые фантастические, лишь бы не признавать очевидное. Он на верном пути, но его преданность «Щиту» мешает ему увидеть финишную черту. А самое главное, что в этих людей в давно вычеркнули из «Щита», а значит… |