Книга Архитектор Душ II, страница 93 – Сергей Карелин, Александр Вольт

Я усмехнулся. А говорят еще что у мужчин только одно на уме.

«Вот, лечусь. Жду своего героя».

Героя… Если бы она только знала, чего мне стоило это «геройство». Но пусть лучше так. Я быстро сделал селфи: усталое лицо, легкая щетина, полумрак комнаты, отблеск огня от камина в глазах.

«Твой герой тоже устал. Жду, когда тебя выпишут».

«Спасибо, что спас меня. Правда».

«Я был обязан это сделать».

«Спокойной ночи, Виктор».

«И тебе, Лиза. Отдыхай».

Я убрал телефон. Девушки уже клевали носом, убаюканные теплом камина и вином. Вечер, несмотря на странное дело, закончился на удивление спокойно.

Быстро позавтракав и приготовившись, мы выехали сразу на работу. Прозекторская была вымыта до блеска. Я и девушки ждали прибытия кандидатов, и напряжение в воздухе можно было резать ножом.

Ровно в десять дверь открылась. Вошли двое.

Первым был Артемий Заславский. Мужчина за пятьдесят, высокий, с идеально уложенными седыми волосами и аккуратной бородкой. Одет в дорогой, сшитый на заказ медицинский костюм. Двигался он неторопливо, с чувством собственного достоинства, а в его взгляде поверх очков в тонкой оправе читался легкий столичный снобизм.

Следом за ним вошла Ольга Воронцова. Женщина лет тридцати, энергичная, собранная, с короткой стрижкой и живыми, умными глазами. В каждом ее движении чувствовалась амбициозность человека, который всего добился сам и не собирается уступать.

— Господин, дама, — сказал я, поднимаясь им навстречу. — Виктор Громов. Это Лидия и Алиса, мои ассистенты, они будут вести протокол.

Заславский едва заметно кивнул, его взгляд скользнул по мне, затем по девушкам и остановился на Воронцовой с выражением легкого превосходства. Она ответила ему прямым, вызывающим взглядом. Соперничество началось еще до того, как они подошли к столу.

Тело Вересаева уже лежало под простыней.

— Итак, — начал я, когда они надели халаты и перчатки. — Как вы видите, случай нетривиальный. Внешний осмотр не дает ничего. Поэтому я предлагаю следующее. Это не просто вскрытие. Это экзамен. Вы работаете вместе, но выводы каждый делает свои. Тот, кто первым найдет истинную, неоспоримую причину смерти и сможет ее доказать, получает место в моей службе.

Заславский снисходительно улыбнулся, словно это была детская игра. Воронцова решительно кивнула, принимая вызов.

Они начали работать. Заславский действовал как мэтр — медленно, академично, комментируя каждое свое действие.

— Хм, любопытно. Поза не характерна для естественной смерти. Трупное окоченение полное, равномерное. Пятна соответствуют позе. Интересно, интересно…

Воронцова была его полной противоположностью. Быстрая, точная, она проверяла все версии одновременно.

— Странгуляционной борозды нет. Следов инъекций на первый взгляд тоже. Губы цианотичны, но это может быть и при сердечной недостаточности. А вот улыбка… это сбивает с толку.

Они вскрыли грудную клетку, брюшную полость. Ничего. Все органы были в идеальном порядке для его возраста. Ни ядов, ни тромбов, ни внутренних кровотечений. Загадка только углублялась. Напряжение росло. Я видел, как на лбу Заславского выступила испарина, как Воронцова все сильнее хмурится.

— Остается только голова, — наконец сказала Воронцова. — Трепанация.

— Единственный оставшийся вариант, — согласился Заславский, с явной неохотой признавая ее правоту.