Книга Архитектор Душ I, страница 77 – Сергей Карелин, Александр Вольт

«Нужно помочь ему!»

Эта мысль была такой отчетливой, что Лидия замерла. Помочь Громову? Но как? Чем? ЗАЧЕМ⁈

Ее стилет остался в доме. Она безоружна. Лидия беспомощно смотрела, как багровеет лицо Громова, как он хрипит, как совершенно не помог удар Алисы стулом по спине. Казалось, все кончено. Но потом что-то изменилось. В глазах почти потерявшего сознание Громова появилась пугающая концентрация. Его рука, до этого беспомощно царапавшая руку матроса, двинулась с какой-то странной целеустремленностью.

Раздался не просто крик боли, а выворачивающий душу вопль. Здоровяк выгнулся, его хватка на горле Громова разжалась, и тот, жадно глотнув воздуха, добил его коротким ударом. Не успела Лидия осознать произошедшее, как второй матрос кинулся на Громова.

Именно тогда вмешался дварф. Лидия выдохнула так шумно, что Алиса обернулась на нее. Опасность миновала. Громов жив.

А потом они сидели за столом в опустевшей таверне и ели жареное мясо с картофелем как ни в чем не бывало. Громов о чем-то негромко говорил с Торбином, который присел к ним за стол тоже поужинать. Они что-то живо обсуждали и периодически смеялись, но Лидия их не слушала.

Она не слушала, потому что не могла понять одну очень важную вещь. Почему ей, Лидии Морозовой, на одно страшное мгновение стало так невыносимо страшно за жизнь Виктора Громова? Почему он стал ее защищать? И что, во имя всех святых, он сделал с тем моряком?

В этом не было смысла. И от этого было еще страшнее.

Мы сидели за столом в опустевшей таверне. Торбин запер дверь.

На столе перед нами дымилось огромное блюдо с сочным стейком и золотистой картошкой, и стояли два бокала темного пенного.

Девушки, все еще бледные, но уже более спокойные, молча ели за соседним столиком, стараясь держаться от нас подальше.

— … и я тебе говорю, я держал все под контролем, — сказал я, отрезая кусок мяса. Горло все еще болело, но горячая еда и пиво творили чудеса.

Торбин, услышав это, откинулся на спинку стула и громко, от души, расхохотался. Его смех был похож на грохот камнепада.

— Ну да, ну да! Особенно, когда он тебя заграбастал и душить начал, у тебя-то все было под контролем! Хо-хо-хо!

Я откашлялся, запивая застрявший в горле кусок мяса большим глотком.

— Верно. Просто у меня не хватило лишних глаз на затылке, чтобы следить еще и за тем идиотом с бутылкой. Тактический просчет, признаю.

— Ладно, — отсмеявшись, сказал Торбин, утирая слезы с глаз. — Слушай, но что ты все-таки с его рукой сделал, что он так заорал? Это ж какую дурь надо иметь, чтобы кисть сломать голыми пальцами.

— Так я и не ломал, — сказал спокойно, продолжая есть. — Просто нажал кое-куда как следует.

— Куда же⁈ — он посмотрел на меня с неподдельным любопытством. — Нет, погоди, давай-ка посоревнуемся.

Он тут же с грохотом поставил свой мощный локоть на стол, явно предлагая потягаться в армрестлинге. Его предплечье было толщиной с мою ногу.

Я покачал головой.

— Я же не сумасшедший, Торбин. Я знаю, что вы, дварфы, одним ударом кулака можете быка завалить. Неужели я похож на человека, который додумается с тобой на руках что-то решать? Уволь.

Информация про подобные слухи всплыла сама собой в памяти. Громов действительно что-то такое слышал.

— Ха! — снова хохотнул он и убрал руку. — Но все же что ты с ним сделал?