Книга Лекарь Его Величества. Том 5, страница 99 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

Однако спать мне не хотелось. После собрания тайного клуба я заразился настроением свершить какой-то прорыв в лекарском деле. Уверен, кроме всего прочего, это ещё и поможет мне стать лекарем императора.

И я вспомнил про ту самую книгу, автором которой значился я. Улавливание патологических потоков, предшествующих началу заболевания.

Раз уж я её напишу в будущем — то пора бы её начать! Я решительно уселся за стол и принялся обдумывать эту тему. Итак, диагностической магией можно регистрировать патологические потоки конкретного заболевания или симптомов. Например, поток, характерный для изжоги.

А что, если продвинуть эту магию ещё дальше? Начать регистрировать патологические потоки, характерные для причин возникновения потоков?

Например, научиться регистрировать поток, характерный для малейшего повышения сахара в крови. Это называется преддиабет, и его очень легко пропустить. Ведь обычно поток регистрируется, только когда развивается сам диабет.

Регистрировать поток, характерный для конкретного вируса или бактерии. До того, как в организме развилась инфекция.

Увлечённый этой мыслью, я принялся продумывать тактику регистрации таких потоков. Должно получиться…

Спать в итоге так и не лёг. Всю ночь провёл за размышлениями, расчётами и записями. Но оно того стоило. Магический центр ко всему прочему снова увеличился, ведь он расширялся при любых лекарских открытиях.

Из минусов — очередная ночь без сна. Но мне не привыкать.

Утром за завтраком Владимир с удивлением наблюдал, как я прихлёбываю кофе из огромной кружки.

— Ты чем это всю ночь занимался? — ехидно спросил он.

— Не тем, чем ты подумал, — усмехнулся я. — Работал.

— Да может, я так и подумал, — заявил друг. — Хотя кого я обманываю… Слушай, меня тут один вопрос очень мучает. Если ты теперь сам глава рода, то ты и решаешь, с кем заключить помолвку?

Кто о чём, а у моего друга одна больная тема. Однако я рад, что он снова стал похож сам на себя после того нашего разговора.

— Да, так и есть, — кивнул я. — Хотя даже если бы я не был главой рода, вряд ли бы согласился на брак против своей воли.

Не в моих это принципах, чтобы мне навязывали ещё и личную жизнь. И, думаю, отец прекрасно это понимал.

— Так и какие у тебя мысли по этому поводу? — прищурился Владимир. — Когда наша Юсупова станет Авериной?

Когда я разберусь с твоим предательством, предотвращу смерть Артёма в тюрьме и перепишу своё будущее.

— Точно не в ближайшие месяцы, — вслух усмехнулся я. — Успеешь подготовиться.

— На свадьбе закачу тебе лучшее выступление капустника, — пообещал Владимир, со смехом доедая завтрак.

После всех занятий я отправился в совет графов и баронов. Возглавлял его совет магистров — несколько опытных графов преклонного возраста, которые попали сюда благодаря своим заслугам перед Российской Империей.

Всего их было трое: граф Биркин, граф Герасимов и граф Ломоносов. Последний был представителем рода Ломоносовых, чей предок являлся знаменитым учёным.

— Добрый вечер, господа, — поклонился я им. — Граф Аверин прибыл для урегулирования конфликта.

— Здравствуйте, господин Аверин, — кивнул мне граф Герасимов. — Присаживайтесь. Ознакомьтесь для начала с самой жалобой, пока мы дожидаемся самого барона Боброва.

Опаздывает на разбор своей же жалобы, гениально. Я принял лист бумаги, где была изложена суть претензии, и принялся читать.