Книга Лекарь Его Величества. Том 5, страница 103 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

— И что? — заинтересованно спросил я. — Окон здесь нет, охранник в коридоре. Какой дальше план?

Артём смутился, поняв, что его угроза не сработала. Зато наконец перестал бояться загадочных манипуляций.

— Я расскажу, — сказал он. — Отцу на свиданиях я не стал говорить, не хочу его тревожить лишний раз. Он и так сам не свой.

Я отметил, что отношения у Артёма с отцом явно налаживаются. Это хороший признак, означающий путь его исправления. А в этом вся суть тюремного наказания.

— Знаете ли вы, какие касты людей существуют среди заключённых? — спросил он.

— Нет, с таким сталкиваться не приходилось, — честно ответил я. — Думал, что такого уже не существует в тюрьмах.

— В тюрьмах для аристократов, может, и нет, а в тюрьмах для простолюдинов — ещё как, — объяснил Артём. — Итак, есть блатные. Это люди, которые дольше всех сидят в тюрьме и устанавливают здесь свои порядки. У них есть лидер — пахан. Он сотрудничает с директором тюрьмы, как там его, Цветковым.

— Как именно сотрудничает? — спросил я.

— Цветков говорит, какие именно правила надо установить среди заключённых, а взамен блатные, и пахан, в частности, получают какие-то поощрения, — объяснил Артём. — Алкоголь, например. С помощью блатных поддерживается порядок в тюрьме, хотя их любят далеко не все. Ещё есть мужики — это нейтральная и самая многочисленная группа. Они не имеют право голоса, не вмешиваются в дела блатных, но и не прислуживают им.

— И вы относитесь к этой группе? — спросил я.

— Всё не так просто, — усмехнулся Артём. — Идём дальше. Есть барыги, которые с помощью своих связей могут достать всё, что угодно, и торгуют этим прямо на зоне. Чаще всего они прислуживают блатным.

Тюрьма — это целый микромир. Есть своя власть, свои продавцы, свои титулы. Даже не представлял, что меня со всем этим столкнёт жизнь.

— И ещё есть козлы, — добавил Артём. — Козлами в нашей тюрьме считают бывших аристократов, изгнанных из рода. У нас их не так много, по правде говоря.

Тот самый друг Владимира — Владислав, как раз тоже был бывшим аристократом. И сейчас, когда я начал вспоминать, осознал, что на том заключённом, которого избили в драке, был браслет. Значит, он тоже был бывшим аристократом.

— Значит, вас тоже отнесли к этой группе? — спросил я.

— Точно, — кивнул Артём. — Руководство тюрьмы не лезет в наши разборки. Ну, за нарушение режима сажают в карцер, да и только. Так вот, один из блатных очень сильно не любит козлов. И всячески пытается показать своё превосходство. По слухам, он уже забил до смерти одного из них. И останавливаться на этом не хочет.

— Ему же наверняка что-то было за такой случай, — удивился я. — Ну не знаю… Отправили в карцер на долгое время?

Я осознал, что раз заключённый уже в тюрьме, то ему практически ничего не страшно. Смертной казни у нас нет, а увеличения срока он может и не бояться, если ему здесь так нравится. С учётом того, что он занимает должность блатного, он может и не стремиться выйти на волю.

— Ну да, отсидел в карцере месяц, — пожал плечами Артём. — Он сидит в тюрьме за убийство, ему дали пожизненный срок. Поэтому увеличить его просто невозможно, его даже не судили повторно. Сейчас вот он снова сидит за избиение козла.

— Петухов? — задал я главный вопрос.

Глаза Артёма в изумлении округлились.