Книга Лекарь Его Величества. Том 4, страница 98 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

— С документами всё в порядке, — с плохо скрываемым сожалением в голосе произнёс Михаил Геннадьевич, спустя ещё время. — Но главные нарушения обычно и не в бумагах находятся. Если в магазине проблемы — на бумагах всегда всё чисто!

Убийственная логика! Конечно же, бумаги не могут быть в порядке просто потому, что они в порядке. Обязательно должен быть подвох.

— Тогда дождёмся вашего помощника, — спокойно отозвался я.

«Тонкий» не заставил себя долго ждать и появился в моём кабинете уже через пять минут.

— Четыре нарушения, — громко заявил он. — Негрубые, но количество всё равно имеет значение!

— Уже кое-что, — оживился Михаил Геннадьевич.

Интересно будет послушать, что за нарушения у меня нашли!

— Огласите весь список, пожалуйста, — произнёс я.

«Тонкий» прокашлялся и достал папку с бумагами.

— Нарушение первое, в зоне для персонала недостаточное разделение места для приёма пищи и места для хранения личных вещей, — заявил он.

— И что же означает ваше «недостаточное»? — тут же поинтересовался я.

— Зоны должны быть разграничены чётко, — ответил Яков Ефимович. — А у вас они перетекают одна в другую.

Так, первое нарушение сразу мимо. Подобные заявления со мной явно не прокатят.

— В документах указано, что в бытовом помещении, выделенном для сотрудников магазина, должны быть две зоны, — спокойно проговорил я. — Для приёма пищи и для хранения личных вещей. Ни в одном документе нет каких-то нормативов об их «достаточном» разделении.

— Ну ведь понятно, что зоны должны быть… — неуверенно начал «Тонкий».

— Понятно, что зоны должны быть, и они есть, — резко оборвал я его. — Слушаю дальше.

Уже окончательно стало ясно, что эта проверка непростая. Прицепиться к зонам в бытовом помещении! Что ж, послушаем, что он ещё придумал.

— Нет маркировки на шкафу для хранения швабр и других предметов уборки, — заявил «Тонкий». — Очень серьёзное нарушение!

И снова мимо. Я все эти законы и правила выучил назубок ещё до вступления в должность! Так что на этом меня не подловить.

— Хозяйственный инвентарь весь промаркирован, — отозвался я. — Ветошь хранится в отдельном маркированном контейнере. Однако шкаф для остального инвентаря по документам может быть и не маркирован.

— А запас бытовой химии? — тут же сделал ещё один выпад «Тонкий». — Он должен быть минимум трёхдневный!

— Он практически месячный, — усмехнулся я. — Нет, если мыть полы не водой со средством, а средством с каплей воды — тогда хватит всего на три дня. Но даже так это попадает в регламент.

Мне уже было даже забавно слушать, как они изо всех сил пытались найти у меня нарушения. Вот только это им не особо удавалось.

— Яков Ефимович, ещё что-то есть? — раздражённо окрикнул своего помощника старший инспектор.

— Ещё картины, — тут же отозвался тот. — В торговом зале. Запрещено, вроде бы.

Единственный момент, к которому действительно можно было бы придраться. Но и тут мимо. Запрещены растения в цветочных горшках, ковры на полу и тканевые шторы. Кроме того, картины были в застеклённых рамках, а значит регулярно и легко подвергались санитарной обработке.

Я озвучил этот момент, и лицо «Толстого» скривилось окончательно.

— Ещё что-нибудь! — прикрикнул он. — Освещение, вода, канализация!

— Всё соответствует нормам, — пискнул тот. — Всё остальное в порядке.