Книга Мечников. Том 12. Щит мира, страница 78 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

Первые вакцины мы уже сделали. Сыворотки скоро изготовятся в моих центрифугах — как выделить антитела я придумал. Но… А что дальше?

Допустим, мы введём вакцину от того же вируса гриппа или любой другой инфекции первому добровольцу. Неизвестно, как отреагирует его организм. Стопроцентную безопасность прививок никто гарантировать не может.

Да, такое происходит крайне редко, но всё же нельзя предугадать, у какого человека разовьётся аллергическая реакция на компоненты вакцины. И ведь аллергия — понятие растяжимое.

У одних людей она проявляется появлением сыпи на теле. А у других — анафилактическим шоком с последующим летальным исходом. Нет разницы, в каком мы веке живём — хоть девятнадцатый, хоть двадцать первый. Везде одно и то же!

Ну как может человек сказать, что у него аллергия на тот или иной препарат, если он в жизни его ещё ни разу на себе не использовал?

Такой случай произошёл в прошлом мире с одним моим коллегой. Он работал в районной больнице. У пациентки была выявлена пневмония. Но от госпитализации женщина отказалась, поэтому он назначил ей курс антибиотикотерапии. Пациентка умела самостоятельно выполнять внутримышечные инъекции, поэтому согласилась колоть себе цефтриаксон.

Этот препарат она ранее никогда не принимала и на аллергические реакции не жаловалась. Но… Закончилась эта история плачевно. После первого же укола у неё возник анафилактический шок. Если говорить простыми словами, это состояние можно назвать острой аллергией.

Произошёл спазм бронхов, отёк мягких тканей, окружающих дыхательные пути. Затем резкое падение давления и… смерть. Скорая доехать не успела. Реакция на препарат развивалась слишком стремительно.

Кто в этом виноват? Однозначно, вина лежит на медицинском персонале. Однако больница не была оснащена оборудованием, позволяющим заранее протестировать реакцию на препарат.

Да чего уж тут говорить? Такие тесты проводились только в крупных городах, и то не во всех клиниках. А цефтриаксон назначался повсеместно. По системе «авось, повезёт!»

Кто-то может сказать, что моё изобретение вакцин — это огромный прорыв. Допустим, они спасут десятки тысяч людей. А от осложнений умрут лишь единицы. Кому-то такая жертва может показаться мелочью.

Но не мне. На мой взгляд, это — убийство. Непреднамеренное, да. Но всё же убийство.

Именно поэтому нам с Ярославом нужно соорудить мощнейшую тестовую систему. Аппарат, о котором в двадцать первом веке никто и мечтать не мог. И я уже знаю, как его сделать.

— Так что у тебя за идея? — усаживаясь в карету, спросил Ярослав.

Я кратко описал, в чём может быть проблема введения вакцин. Моя история поразила брата до глубины души. Он аж за платком потянулся, чтобы утереть выступивший пот.

— Алексей, погоди… А чего же ты сразу об этом не рассказал? — задрожал Ярослав. — Если эти вакцины и сыворотки так опасны, то… Что с нами будет? Если кто-то из пациентов погибнет, то нас с тобой, а заодно и Павлова просто засудят! Чёрт! А ведь весь этот проект — заказ императора! Да нас казнят, отправят прямиком к Морскому богу! Ведь таким образом мы опорочим имя нашего государя. Может, остановиться, пока не поздно? Не знаю как ты, а я не хочу захлебнуться в водах Финского залива! Тем более бок о бок с Владимиром Павловым!