Книга Мечников. Том 10. Битва умов, страница 30 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

— Что вы сделали? — прошептал Разумовский.

— Вы всё поймёте чуть позже, Александр Иванович. Общая картина сложится, не беспокойтесь, — ответил я. — Мы ещё не закончили.

— Точно, не закончили, — легонько стукнув кулаком по своему колену, заявила старушка. — Я до сих пор плохо вижу. Ничего не изменилось!

— А так и должно быть, — улыбнулся я. — К глазам мы ещё не перешли. Но, уверяю вас, как только мы проведём полное лечение, вы удивитесь, насколько хорошо могут видеть ваши глаза.

Остроту зрения я ей уже не верну. Всё-таки структуры глаза — очень мелкие и хрупкие, а я в сфере офтальмологии никогда не работал. У меня не выйдет восстановить остроту, как бы я ни старался. Но это и не нужно. Учитывая возраст, острота зрения у Нины Сергеевны просто отличная! Легко можно откорректировать с помощью очков, которые, к счастью, в этом веке уже изобрели.

— Так что у Нины Сергеевны со зрением? — с любопытством спросил Разумовский. Ему не терпелось узнать, какой диагноз созрел у меня в голове. И Александр Иванович прекрасно понимал, что ответы на все вопросы я уже готов озвучить.

— Мы имеем дело с глаукомой, — произнёс я. — Доводилось слышать о таком заболевании?

Мой вопрос был адресован Разумовскому, но Нина Сергеевна на всякий случай помотала головой.

— Погодите, а это не то ли заболевание, которое в старых трактатах описывается, как «холодное воспаление глаза»? — спросил Александр Иванович.

Ого! Так он читал Авиценну — великого медика древности.

— Да, всё верно, — кивнул я. — Автор также упоминает в своих текстах, что при данной патологии в глазу скапливаются «дурные соки». Очень примитивный взгляд на глаукому, учитывая, что она так распространена.

Глаукома вообще занимает первое место среди всех причин слепоты. Нина Сергеевна ещё более-менее вовремя к нам попала. А ведь могла оказаться в губернском госпитале уже в тот момент, когда глаза полностью бы ослепли.

И я неспроста подметил, что оба заболевания связаны. ХИГМ и глаукома. И там, и там проблема лежит в артериях. Глаукома развилась, судя по всему, из-за ухудшения сосудов, питающих зрительный нерв и сетчатку. В итоге в нём начали отмирать клетки, а в глазу увеличилось давление из-за скопления жидкости в особых полостях — камерах.

— Я не совсем понимаю, а как вы поняли, что это именно глаукома? — спросил Разумовский. — Существует ведь много различных причин слепоты. Пока что мы толком не умеем их диагностировать, но вы каким-то образом определили сходу, в чём проблема. Как вам это удалось, Алексей Александрович?

Нина Сергеевна с интересом слушала нас обоих, постоянно переводя взгляд, то на меня, то на главного лекаря.

— Запомните, Александр Иванович, сейчас я назову самые яркие признаки глаукомы, — произнёс я и принялся загибать пальцы. — На начальных стадиях заболевания симптомов может и не быть. Но некоторые пациенты жалуются на снижение качества зрения, чувство напряжения в глазах, боли в области надбровных дуг, периодический туман перед глазами и постоянную сухость. Однако в течение следующих нескольких лет начинает проявляться основная стадия заболевания. Чтобы проще было понять, представьте, что всё ваше поле зрения — это круг. И со временем он начинает сужаться. А за его пределами остаётся лишь туман или темнота. И сужается этот круг до тех пор, пока не сожмётся до точки, через которую мир разглядеть уже невозможно.