Книга Мечников. Том 9. Тень правды, страница 85 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

На следующее утро собрался посетить орден лекарей и договориться о том, чтобы несколько представителей ордена присутствовали на нашем соревновании через неделю. Однако, выйдя из своей квартиры, я сразу же обратил внимание на дверь Светланы Бронниковой и понял, что она точно может стать одним из моих помощников в «битве» с Павловым.

Я постучал в дверь, и мне повезло, Светлана оказалась дома. Из-за двери послышались шаги, затем девушка выглянула в подъезд.

И я обнаружил, что с ней что-то не так. Такое впечатление, что Бронникова всю ночь рыдала.

— Ой, Алексей Александрович, — шмыгнув носом, кивнула она. — Доброе утро! Вам чем-нибудь помочь?

Я даже забыл, зачем пришёл, когда увидел её в таком состоянии.

— Скорее это я должен вас спросить, — произнёс я. — У вас всё в порядке?

Глаза красные, воспалённые. Кожа вокруг век стёрта, поскольку девушка много раз вытирала слёзы. Нос, судя по гнусавому дыханию, тоже забит.

— Вы про моё лицо? — усмехнулась она. — Да не обращайте внимание, я просто приболела. Со мной такое случается с подозрительной регулярностью. Почти каждый месяц закладывает нос, глаза слезятся, дышать вообще невозможно. Так что я лучше подальше буду от вас держаться, чтобы не заразить.

— А температуры нет? — уточнил я.

— Нет, это какое-то странное заболевание. Всё время протекает без кашля, без температуры, — ответила она.

Я быстро проанализировал все симптомы и произнёс:

— Думаю, дело не в инфекции. Я могу вам подсказать, как с этим справиться, если позволите войти. Заодно расскажу, зачем пришёл.

— Ладно, если вас не затруднит — я буду очень рада, — впустив меня в квартиру, произнесла она. — Я, если честно, уже всё перепробовала. Как только не пыталась убрать это лекарской магией. Почти никогда не помогает. Иногда повезёт, симптомы уберу, но через неделю опять появляются.

Ну, это точно не инфекционный ринит. Больше похоже на аллергию. Хотя… Есть ещё один вариант.

Мы присели за стол в гостиной, и я принялся расспрашивать Светлану.

— Можете сказать, сколько уже длятся симптомы, но поточнее, — попросил я. — Два месяца? Больше?

— Да что вы! — махнула рукой она. — Какие месяцы? Уже лет пять или шесть эта гадость от меня не отстаёт. Я поначалу думала, что у меня просто маны не хватает, чтобы себя исцелить, — она прикрыла рот рукой и шёпотом произнесла: — Скажу вам по секрету, у меня всего лишь один виток. Бывает, палец пораню в мастерской, и даже для залечивания простой ранки сил толком не хватает.

— А к другим лекарям пробовали обращаться? — поинтересовался я.

— Пробовала. Уже половину преподавательского состава академии этим замучила. Никто ничего не смог сделать. Эффект точно такой же, как и после самолечения, — ответила она.

Что ж, в каком-то смысле даже хорошо, что лекарской магией проблему не исправить. У меня как раз каналы пока что не работают. Значит, надо искать обходной путь через препараты.

Пять лет для насморка — срок большой. Даже чересчур. Никакая инфекция не даст такого, если, конечно, речь не идёт о хроническом синусите. Но тогда бы Светлана пожаловалась на боль в пазухах. Да и температура всё равно бы себя проявила, будь там какая-нибудь устойчивая бактерия.

— А что скажете насчёт сезонности? — спросил я. — Бывает такое, что насморк усиливается в определённые времена года?