Книга Мечников. Том 7. Расцвет медицины, страница 120 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

И с этого момента дни полетели один за другим. На какое-то время настал покой. Щеблетов и избранник Телесфора затихли. Мансуровы тоже перестали предпринимать какие-либо действия против меня.

Я понимал, что всё это — затишье перед бурей. Но разбираться с жадными дворянами времени совсем не осталось. Вышла статья о начале наших соревнований с Владимиром Павловым, и я целиком потонул в работе.

Группа «3В» с каждым днём сдавала мои зачёты всё лучше и лучше, а кружок лекарей-изобретателей помог мне создать целую партию капельниц, одну из которых я тут же отнёс в орден лекарей и приступил к регистрации патента.

Остальные патенты у Щеблетова окончательно отобрали и все права вернулись к своему законному владельцу. Сразу после этого на мой счёт в банке упала приличная сумма, которую я отложил для покупки нового завода уже в черте Саратова.

Однако, часть этих денег может понадобиться и для другой цели. А именно: для создания рентген-аппарата. Тут придётся очень сильно изловчиться. Сам я в физике не силён. Её законы мне знакомы лишь на том уровне, который изучается в медицинском университете.

Соответственно, собрать из подручных средств аппарат, генерирующий рентгеновские лучи, я точно никогда не смогу. Однако в этом мире есть кристаллы, с помощью которых можно упростить процесс.

Именно поэтому несколько дней назад я отправил письмо Максиму Захарову — мастеру, который помогал мне создавать электрокардиограф. В конце концов после короткой переписки мы с ним решили, что покидать Хопёрск ему не обязательно.

В письме я описал структуру аппарата, который меня интересует, рассчитывая, что он сможет соорудить нечто подобное из магических кристаллов.

Обычно рентгеновское излучение создаётся в специально рентгеновской трубке. Сначала ток подводится к вольфрамовой нити, и вокруг неё начинают образовываться частицы — свободные электроны. Затем добавляется дополнительный источник тока высокого напряжения, который провоцирует движение этих электронов и в следующем участке трубки они резко тормозятся, что в конечном итоге и создаёт рентгеновское излучение.

Мне пришлось исписать три листа, чтобы хотя бы примерно объяснить суть работы Захарову. И эта информация его удовлетворила. Он сказал, что ему потребуется неделя, чтобы поэкспериментировать с кристаллами, и после он сообщит мне, что из этого получилось.

Проблема в том, что кристаллы для этого дела могут подойти только электрические. Но соединять их между собой придётся в очень сложной последовательности. В итоге этот аппарат будет стоить даже больше, чем тот, который создавали в моём мире.

Но если бы где-то здесь существовал изначально радиоактивный кристалл, который выделяет рентгеновское излучение без помощи дополнительных механизмов… Было бы гораздо проще. Но о таких я ни разу не слышал.

Перед тем как ещё раз посетить мастерскую Светланы Бронниковой, я заглянул в орден лекарей, чтобы получить на руки последние патенты. Вот тут и начались первые странности за последние несколько дней.

— О, Алексей Александрович, всё-таки нашёлся ваш паспорт? — обратился ко мне работник канцелярии ордена.

— Простите, не совсем понимаю, о чём вы, — нахмурился я. — Он всё время был при мне. Я его не терял.

На всякий случай я просунул руку в карман и убедился, что главный документ на месте.