Книга Мечников. Клятва лекаря, страница 72 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

Единственное, чего я не понимал — зачем Леонид Рокотов решил отдаться откровениям передо мной? Чего он добивался этим монологом? Хотел показать, что мы с ним похожи? Нет, это не так. Да даже мой дядя — должник и наркоман — не успел совершить столько преступлений, сколько совершил Леонид.

— Я лишь хочу, чтобы вы меня уважали, Алексей Александрович, — ответил на созревший в моей голове вопрос он. — Скоро я возьму в руки весь Хопёрск. Получу титул, официально. Портить отношения с лекарями мне совсем не хочется. Ведь вы сохраняете самый важный ресурс — людей!

— Да вы, как я погляжу, всё просчитали, — подметил я. — Только не учли, что против вас может выйти граф. Мансуровы глубоко обижены на всех. И на меня, и на барона Елина, и на вас, если учесть, что ваши люди успели поколотить Владимира Мансурова.

— Пусть попробуют, — усмехнулся Рокотов. — Хопёрск дал мне новую жизнь. Арсений Кособоков несколько лет сдерживал меня, но теперь всё будет иначе. Я заполучу власть над этим баронством и стану продвигаться дальше. Я не прошу вашей верности. Но в то же время хочу, чтобы вы мне не смели мешать.

Так вот оно что… Рокотов уважает меня не только потому, что я его не боюсь.

Он сам меня боится. Опасается после того, что случилось с Кособоковым. Видит во мне угрозу и пользу одновременно. Не знает, что из этих двух начал сильнее.

Паршивое осознание. Оно лишь говорит о том, что в скором времени случится очередное столкновение. И все стороны будут ждать, что я приму в нём участие.

— В целом… Я всё сказал, — заключил Рокотов. — Желаю вам хорошей дороги, господин Мечников. И помните — я на вашей стороне. На стороне лекарей.

— До встречи, господин Рокотов, — сухо ответил я и покинул дом местного авторитета.

На выходе из Садов меня нагнал один из заключённых.

— Алексей Александрович, стойте! — тяжело дыша, пыхтел пожилой мужчина. — У меня для вас кое-что есть!

А ведь это один из тех, кого я сегодня излечил от туберкулёза!

— Вы куда выскочили⁈ — воскликнул я. — Я же просил — оставаться дома. Греться, пить отвар из порошка!

— Вы уж простите меня, но не мог я оставить вас без подарочка. Вот, возьмите, — он протянул мне корзинку с кучей сушёных яблок. — Компотик сварите, или так пожуёте. Вещь-то полезная. Всяко сгодится!

Я вздохнул и, улыбнувшись, принял подарок старика.

— Спасибо, — кивнул я. — Вы себя в первую очередь берегите. Но яблочками воспользуюсь, обязательно.

Старик улыбнулся во весь рот, обнажив дёсны, в которых едва ли было хотя бы десять зубов. А я сел в повозку и приказал извозчику возвращаться в Хопёрск. Пока что мои дела в Садах были закончены.

— Повезло вам, господин Мечников, — прошептал извозчик. — Да и мне повезло…

— Это вы о чём? — не понял я.

— Да целыми выбрались из Садов! — воскликнул он. — Никто не пришиб, не ограбил. Даже обзываться не стали — вот уж чудеса-то!

Видимо, лекарей везде уважают. Немного таких магов в Российской Империи. Каждый на вес золота.

— Ничего себе! — воскликнул Иван Сергеевич Кораблёв, когда я привёз ему сто двадцать пять рублей. — Алексей Александрович, да я никогда не поверю, что эти бандюки вам столько денег отсыпали!

— Подход нужно уметь находить ко всем. К молодым и старым, честным и бесчестным, — ответил я. — Такова наша лекарская доля.