Книга Гений медицины. Том 7, страница 27 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

— Меня зовут Константин Боткин, — представился я. — Я врач. И ваш сосед, Эдуард Раскольников, сейчас находится в очень плохом состоянии.

Девушка равнодушно пожала плечами. Новость не произвела на неё никакого впечатления.

— И что? — спросила она. — Причём тут я?

— Вы владеете магией проецирования эмоций, — спокойно ответил я. — И сейчас ваши переживания влияют на всех вокруг, включая моего друга. На меня тоже попытались повлиять, но это не сработало.

Девушка отвернулась, кутаясь в плед сильнее.

— Ну и что с того? — тихо произнесла она. — Я не могу это контролировать. Никогда не могла. А сейчас… сейчас мне вообще всё равно.

— Что случилось? — уточнил я.

Сейчас мне надо было побыть в роли психолога, и выслушать девушку. Сильно давить на неё не стоило, это могло усугубить её психическое состояние. А вместе с ним и состояние Раскольникова.

— Серёжа бросил меня, — ответила девушка. — Сегодня утром. Сказал, что больше не может выносить мою магию. Что рядом со мной он постоянно чувствует то, что чувствую я. И что это невыносимо.

Сегодня весь день приходится сталкиваться с историями о сложной любви. Сначала попугай и его Жозефина, теперь эта девушка и её Серёжа. Видимо, день такой.

— Как вас зовут? — спросил я.

— Станислава, — ответила она. — Станислава Прохова. Отец хотел сына, поэтому имя мне придумал изначально. А когда родилась я — не захотел его менять.

— Ваша магия причиняет вред другим людям, Станислава, — заявил я. — Мой друг живёт по соседству. Он добрый человек, который никогда вам ничего плохого не сделал. Но сейчас он страдает из-за вашей магии.

— Я знаю, — вздохнула та. — Но ничего не могу с этим поделать. Я пыталась контролировать это, но не получается. Раньше Серёжа помогал мне… он как-то успокаивал. А теперь его нет.

Бросил он её сегодня утром, а состояние квартиры такое, словно уже месяц прошёл. То ли девушка уже путается во времени, то ли она в принципе не была чистюлей. Хотя это и не важно.

Я задумался. Магия проецирования эмоций была редкой и плохо изученной. Но я знал, что она работала на основе эмоционального состояния самого мага.

Простыми словами: Станислава транслировала то, что чувствовала. И если сейчас ей помочь справится с сильным подавленным состоянием, и начавшейся депрессией — то и Раскольникову станет легче.

А уж это сделать я смогу психиатрическим аспектом.

— Я могу вам помочь, — заявил я. — Но вы должны мне довериться.

— Как? — неверящим тоном спросила Станислава. — Вы вернёте мне Серёжу?

Ну нет, вот только возвращением Серёж я ещё не занимался сегодня. Это уже перебор.

— Нет, — спокойно ответил я. — Если человек ушёл — значит, он не был вашим. И в это я лезть не собираюсь. Зато я могу помочь вам справиться с вашим подавленным состоянием, с помощью лекарской магии.

Станислава некоторое время помолчала.

— Хорошо, — кивнула она. — Я согласна. И сама не хочу вредить людям.

Я активировал психиатрический аспект и начал вливать магию в Станиславу. Осторожно, постепенно успокаивая её эмоциональное состояние.

Депрессия была сильной, но не критичной. И я справился с ней довольно быстро.

— Мне как будто бы стало легче, — удивлённым тоном проговорила Станислава, когда я закончил. — Это вы сделали?

— Да, с помощью лекарской магии, — подтвердил я. — Помог вам справиться с вашей депрессией. Эмоции я убрать не смогу. Вы ещё будете грустить какое-то время. Но не забывайте, что ваша жизнь на этом не закончилась.