Книга Гений медицины. Том 6, страница 36 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

Вскоре появился и Кравцов, с бумажками и пирожком в руках. Правильно Клочок говорил, еда уже стала неотъемлемой частью образа эндокринолога. Не представляю его без еды.

Владислав Сергеевич обвёл взглядом больше чем наполовину пустой конференц-зал, и остановился на мне.

— А вы что тут забыли? — буркнул он.

— Пришёл на лекцию, — пожал я плечами. — В прошлый раз информации было многовато, но всё равно это довольно полезно.

Я говорил это искренне. Ведь с фармакологией у меня самого отношения были сложные. Я всё ещё оставался сторонником лечения магией.

Да, прошлая лекция была ужасно скучной и нудной. Но мне удалось кое-что для себя подчерпнуть. К тому же тут он к ним готовился, а значит осечек, как с Глюкоринолом, не будет.

— А мне кажется, вы пришли поиздеваться, — заявил тот. — Торжествуете, что ко мне ходит мало людей, а к вам много. Уверяю вас, это только до поры до времени.

— Как скажете, — пожал я плечами.

Кравцов покраснел от злости, но с ответом не нашёлся. Встал на трибуну, и принялся читать свою новую лекцию. В этот раз про антибактериальные препараты.

Мой ученик продержался достойно, и даже не уснул. Хотя глаза у него явно слипались.

Многие слушатели использовали эту лекцию явно как простой перерыв в работе. Сидели в телефонах, кто-то дремал.

Я же послушал всю лекцию. Ничего нового не услышал, правда.

Закончив, Кравцов чуть ли не бегом покинул конференц-зал. Сегодня он явно не в духе, на фоне всего случившегося.

Мы же с Арсением спокойно отправились дальше работать.

Вечером, когда я уже собирался по своим делам, внезапно позвонил Раскольников.

— Костя, беда! — воскликнул он, стоило мне только взять трубку. — Это кошмар! Я не знаю, что мне делать!

— Что случилось? — спросил я.

— Приходили люди, из департамента магического контроля, — торопливо ответил Эдуард. — Сказали, что им известно о наличии фамильяра. И что это запрещено.

Нехорошее у меня предчувствие…

— Кость, — продолжил Раскольников. — Они забрали Снежу!

Фамильяры в современном мире были под запретом. Если они и появлялись, то государство забирало их у хозяев для своих нужд. Насколько мне известно, их использовали в военном деле и разведке.

Я изучал много информации на этот счёт, и твёрдо знал, что фамильяров практически не осталось. А у кого остались — те их тщательно скрывали, как я своего Клочка.

Вопрос в другом — откуда магический департамент в принципе смог узнать про Снежу?

— Я скоро буду, — коротко сказал по телефону.

Надо было спешить. Но перед тем, как ехать к Раскольникову, я заехал домой за Клочком. Он должен был знать.

— Хозяин? — удивлённо встретил меня крыс в коридоре. — Ты рано. У тебя же фотосессия через час.

— У нас проблемы, — отозвался я. — У Раскольникова изъяли Снежу. Собирайся, поедем к нему.

— Как изъяли⁈ — испуганно пискнул Клочок. — Я же ей картину рисовал весь день… У неё день рождения скоро! Что теперь с ней будет⁈

— Мы всё решим, поехали быстрее, — повторил я.

Крыс больше не терял времени, быстро забрался ко мне в карман, и мы поспешили к Раскольникову.

По дороге я подумал, что вот в чём причина расспросов крыса про продолжительность жизни крыс. Он уже выяснил, что у Снежи скоро день рождения.

Надо обязательно вернуть её хозяину. Не столько для Раскольникова, сколько для самого Клочка. Не говоря уже о том, что мне самому не хотелось, чтобы Снежа лишилась своей свободы и хорошей жизни.