Книга Гений Медицины. Том 4, страница 122 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

Ну и цирк.

Я снова вернулся к наблюдению за комиссией. Актёру уже якобы стало плохо, и опрашивать его вышел неизвестный мне врач из приёмного отделения.

Насколько я мог слышать, все его вопросы были по теме, и действовал он правильно. Что вызывало новую порцию недоумённых эмоций у Кобылина.

— Кость, — на этот раз ко мне подошёл Валера. У Шуклина отвлечь не получилось, так вышел новый игрок.

— Что такое? — изобразив заинтересованность, обернулся я к нему.

— Тебя Зубов искал, можешь к нему подойти? — этот над причиной явно подумал до того, как подойти ко мне.

Вот только всё равно слабенько, Ковалёв. Зубов знает, где я сейчас нахожусь. Ну а в самом крайнем случае он бы позвонил, а не подсылал бы Валеру.

— Подойду попозже, — пожал я плечами. — Я занят.

— Ты ничего не делаешь, — возмутился Валера. — Я передам нашему наставнику, что ты игнорируешь его приказы!

Ой, задолбал!

— Передавай, — разрешил я. — Только меня не трогай.

Валера сердито фыркнул, и тоже отправился назад к лифтам. Это ж им с Шуклиным ещё надо было меня найти! То ли следили, то ли знали, что я буду на первом этаже клиники.

Но вот Кобылин точно не предугадал все мои контрдействия на его ловушки. Второй этап шёл ровно так как я и задумывал.

Из приёмного отделения пациента направили в терапию. Всё-таки пациента снова решили сделать терапевтическим.

Я поспешил в отделение, чтобы ждать их уже на месте. Возле лифтов меня поймал Зубов.

— Ну как всё идёт? — взволнованно спросил он.

— Пациент снова терапевтический, так что сейчас его доставят к нам, — оповестил я. — Вот, обогнал их, чтобы моё отсутствие не вызвало вопросов.

— Ох, плохое у меня предчувствие, — снова вздохнул Михаил Анатольевич.

— Кость, — меня снова попытался отвлечь Валера.

— Даже не пробуй больше, это не сработает, — отмахнулся я от него.

Они в паре с Шуклиным — самая слабая часть плана Кобылина.

На служебном лифте поднялись санитары с каталкой, а вместе с ними — и члены комиссии с главврачом и Кобылиным.

Последний бросил на меня злобный взгляд, стремящийся проткнуть меня насквозь.

Санитары подвезли пациента к главной медсестре, а она отправила его в палату.

— Добрый день, — поздоровался с комиссией Михаил Анатольевич. — Что ж, раз второй этап конкурса тоже затронул наше отделение, осматривать пациента пойдёт…

— Позвольте, я вмешаюсь, — перебил его Семён Михайлович. — На первом этапе себя великолепно показал наш интерн, Боткин Константин Алексеевич. Считаю правильным, если свою эрудицию покажут и другие интерны. Ведь это отделение стремится показать себя, как лучшее отделение в клинике.

Члены комиссии задумались.

— Вы правы, — согласился Черенков. — Пусть тогда свои навыки покажет другой интерн.

Кобылин в этот раз смог переиграть, так как этого плана изначально не было. Он придумал его только что, после того, как пациента отправили именно в терапевтическое отделение.

И это плохо, потому как кроме меня есть два интерна — Шуклин и Ковалёв. Оба они… Не самые умные, прямо скажем.

Тем более если Ковалёву дано задание тоже добиться проигрыша во втором этапе соревнований.

А вот Шуклину… Ему могли и не озвучить этот план. Кобылин явно предпочитает, чтобы в курсе было как можно меньше людей. А значит, они скорее всего не сказали Павлу, ради чего вообще всё это делается.