Книга Гений Медицины. Том 3, страница 47 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

Она бросилась обнимать Романа. Наконец-то её мечты становятся реальностью!

— Только нужно кое с чем помочь, — аккуратно отстранившись, добавил Соколов. — Всего одна маленькая просьба и всё. Мы будем вместе навсегда.

Навсегда… Это слово отдалось в голове сладким звуком.

— Какая просьба? — готовая на всё, спросила женщина.

— Введёшь одному пациенту чуть-чуть больше инсулина, чем нужно? — с улыбкой спросил Роман.

* * *

Зубову я решил рассказать всё уже с утра. Ему можно было звонить в любое время суток, я сам однажды пользовался этим правилом. Но сегодня я даже не дежурю, а от того, что наставник узнает всё прямо сейчас, ничего не изменится. Проблему придётся решать утром.

Плохо, что тема уже заявлена для телеконференции. В последний момент придётся заменить её на что-то другое. А вот доклад на замену я как раз подготовлю сам.

В итоге всё равно пациент мой, и ответственен за всю эту ситуацию я. Хотя догадаться, что пациент намеренно путает врачей с помощью своей магии крови, было практически невозможно.

Я с самого начала подозревал, что что-то здесь не чисто, но разобрался до конца только из-за разговора с Ениными. Вообще на отвлечённую тему, про готовку. Все окончательно встало в голове на свои места.

— Хозяин, я пока ничего не выяснил, — признался дома Клочок. — Столько всего происходило, что мне неудобно было в сумке в интернете сидеть

— Ничего страшного, это сейчас вообще третьестепенная задача, — отмахнулся я. — Надо подготовить другой доклад для Зубова, и идти спать. Завтра важный день.

— Тогда не отвлекаю, — понял крыс.

Я просидел с новым докладом полночи. Хотелось сделать его на интересную тему. В итоге спать удалось пойти только к трём часам ночи.

Утром я встал пораньше, чтобы точно успеть перехватить Зубова. Конференция начиналась в девять утра, а рабочий день с восьми. Но надо было успеть обсудить всю ситуацию.

— Константин Алексеевич! — поймала меня ещё на подходе в ординаторскую Ольга Петровна. — Беда! Не могу Павла Шуклина найти, который дежурит. А там пациенту очень плохо! Соседи по палате говорят, что как будто умер! Помогите, умоляю!

Донельзя знакомая ситуация. Шуклин снова куда-то свинтил прямо с дежурства, а мне разбираться с его делами. Я спешил в ординаторскую, но проигнорировать пациента просто не мог.

— В какой палате? — забросив куртку и сумку в ординаторскую, которая действительно оказалась пустая, спросил я.

— В четырнадцатой, на этаже простолюдинов, — быстро ответила медсестра. — Я вас провожу!

Она провела меня на другой этаж, в нужную палату. Пациента, которому требовалась помощь, я увидел сразу.

На одной из коек лежал бледный мужчина, покрытый потом. Я сразу же активировал диагностический аспект и увидел свечения чуть ли не во всём организме.

И преимущественно — в головном мозге. Он в коме. Так, кардиологический аспект… Пониженное давление, низкий пульс. Низкая частота дыхательных движений, если пульмонологическим аспектом проверить. Низкая сатурация.

Всё очень плохо, это последняя стадия комы.

— С чем он лежит? — быстро спросил я у Ольги Петровны.

— Сахарный диабет второго типа, — отозвалась она. — Осложнений нет, поэтому эндокринологи оставили его у нас.

Так, сахарный диабет. Значит, всего два варианта комы, гипергликемическая и гипогликемическая. Запаха ацетона у пациента изо рта нет, сухости кожи нет, мускулатура напряжена. По всему в данном случае я имею дело с гипогликемической.