Книга Гений Медицины. Том 1, страница 38 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

И то, и то возможно с одинаковой вероятностью.

В чём-то Шуклин прав. Изначально гипертоническая болезнь ставится обычно в поликлиниках при нескольких явках пациента с повышенным давлением.

Критерии там строгие, если один раз давление поднялось — это ещё ничего не означает. Должно быть три явки с давлением, плюс самостоятельное ведение дневника давления пациентом.

Но если гипертоническая болезнь всё-таки есть, то обследование надо проводить обширное.

Для определения поражения органов-мишеней и для оценки состояния сердечно-сосудистой системы. А это и ЭКГ, и УЗИ сердца, и УЗИ брюшной полости и почек. Моча по Зимницкому, проба Реберга. В общем, список внушительный.

— Насколько я помню, у вас супружеская пара, — проговорил я. — У них двоих давление?

— Да, — кивнул Болотов. — И оба а-аристократы. Их надо тщательно обследовать.

Не считаю, что врач должен как-то по-особенному лечить аристократов. Якобы лучше, чем простолюдинов.

— А жалобы на давление у них давно? — уточнил я.

— Г-говорят, уже несколько месяцев, — ответил Евгений. — А т-там не знаю, может, и раньше были, они не мерили.

— Тогда прав ты, — подытожил я. — Их надо тщательно обследовать.

Болотов торжествующе взглянул на Шуклина, но тот этого даже не заметил, так как лежал с закрытыми глазами.

— Костя! Женя! Паша! — в ординаторскую вбежала Тарасова. — Помогите!

— Что случилось? — первым быстро отреагировал я.

— Там по отделению, — выдохнула Лена, — бегает голый мужчина!

В этом отделении точно творится что-то странное. Хотя в данном случае это не обязательно должен быть психически больной. У меня есть и другие подозрения…

— Пойдём скорее! — воскликнул я, первым выбегая в коридор.

Голый мужчина действительно наворачивал круги по всему коридору отделения.

— Это же С-синицев, — прошептал Болотов, на всякий случай прячась за меня. — Только что у н-него были.

Тот пациент, который лежит с высоким давлением. Это ещё раз подтверждает мою теорию. Только бы не опоздать.

— Санитаров позовите кто-нибудь! — прокричала Ольга Петровна. — Ему надо успокоительное вколоть!

— Нет, — возразил я. — Это только усугубит положение!

В несколько прыжков я нагнал пациента и зафиксировал его на месте, заведя за спину его руки. Хотя он не особо и сопротивлялся, сразу стал вялый и послушно остался стоять в таком положении.

— Где здесь бокс? — быстро уточнил я у медсестры.

— Да вот, сразу направо будет, — растерянно отозвалась она. — Но психологически нестабильных пациентов мы там не держим…

Я не стал её слушать и отвёл пациента в палату.

Одиночная палата, именуемая в отделении «боксом», служила каждый раз для разных целей. Сейчас я уложил мужчину на кровать и тут же просканировал диагностическим аспектом.

Ага, подсвеченное сердце, сосуды. И сильно повышенное артериальное давление, что подсказал мой кардиологический аспект.

Гипертонический криз, как я и подумал.

Состояние, при котором артериальное давление резко повышается до критических отметок. У этого пациента — двести десять на сто двадцать.

Кошмарно высокое давление.

На его фоне и произошло помутнение сознания, вследствие чего он начал вести себя неадекватно. Такое случается, хоть и нечасто. Если бы мы вкололи ему галоперидол — давление могло подскочить ещё сильнее. Привести к инсульту, как минимум.