Книга Гений Медицины. Том 1, страница 106 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

Болотов бросил на него недоверчивый взгляд, но всё-таки уселся рядом.

— Ты вот мне скажи, ты хорошо знаешь устав интернатуры? — спросил Роман.

— Т-такого не существует, — ответил Евгений. — П-подловить меня хочешь?

— А что существует? — Соколов изо всех сил пытался сохранить дружелюбный тон. — Какие-то правила интернатуры же есть?

— Есть у-устав, — кивнул тот. — Где п-перечислены основные обязанности и д-дисциплинарные взыскания, вплоть д-до увольнения.

Это то, что нужно!

— Ну и какие там нарушения, например? — заинтересованно спросил Соколов. — А то вдруг я что-нибудь нарушу, и меня выгонят! Подскажи, дружище.

— Т-ты правда считаешь м-меня другом? — удивлённо спросил Болотов.

Роман считал его максимум ненужной табуреткой.

— Конечно, — отозвался он. — Все мы в интернатуре коллеги и друзья.

— Я р-рад, — Женя поправил очки. — Н-например могут в-выгнать из интернатуры за самовольный уход с д-дежурства. Но в-вряд ли кто-то так с-сделает.

Тут он прав, вряд ли. Если только кое-кого к этому не подтолкнуть. Боткин сегодня наверняка захочет остаться на дежурство, у него же отец в клинике. И этим надо воспользоваться!

— Спасибо, друг, — широко улыбнулся Роман. — Теперь буду знать! Ты спас меня от увольнения!

Он поспешно допил компот и отправился в отделение. Пора было готовить новый план.

* * *

Я вернулся в отделение терапии, забрал готовые обследования и принялся за заполнение истории болезни.

Диагноз предварительно подтвердился, а окончательно можно будет сказать по результатам Холтеровского мониторирования. Но начинать лечебные мероприятия можно уже сегодня. А вот кардиолога пригласим уже завтра, и тот определит, переводить ли пациента в кардиологию или продолжить лечить у нас.

Закончив с историей, я отправился сдавать её Зубову.

— Михаил Анатольевич, на дежурство мне сегодня можно остаться? — уточнил я, когда он всё проверил. — Не хочу отца на ночь оставлять, мало ли что.

— Я так и подумал, можно, — кивнул наставник. — Вам в компанию ещё и Соколов остаётся, бонусом!

— Ну Михаил Анатольевич, я уже в клинике ночую чаще, чем дома, — недовольно буркнул тот. — Может, моё дежурство можно куда-нибудь перенести?

— У вас уже абонемент, — ответил Зубов. — Сразу на три месяца, без ограничения количества. Даже не спорьте, после такой грубой ошибки вы вообще должны помалкивать!

Роман сразу замолчал, словно и спорил он только для виду. Наверное, уже смирился со своей участью.

— А у м-меня всё правильно? — спросил Болотов.

— Сегодня на удивление да, даже мазок из уретры не назначили, не похоже на вас! — усмехнулся Зубов. — Вы можете идти. Боткин, вы за старшего, проследите тут за Соколовым!

Остальные разошлись, оставляя нас вдвоём.

— Ну что, кажется, мы в первый раз вот так остались? — неожиданно дружелюбно проговорил Соколов. — Давай чаю попьём, что ли?

Я прекрасно знал, что за этим дружелюбным тоном скорее всего скрывается какой-то новый план, и надо быть начеку. Но виду не подал и спокойно кивнул. Вряд ли план снова заключается в слабительном в кружке чая, а если и так — я на это не попадусь.

— Замучил меня Зубов на дежурства оставлять, — как ни в чём не бывало проговорил Роман. — Личной жизни никакой, всё на работе. Тебе-то больше везёт, сразу себе красотку отхватил.