Книга Бывает и хуже? Том 5, страница 39 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

— Я врач, Людмила Степановна, — отчеканил я. — Моя задача — диагностировать заболевания и назначать лечение. Для этого мне нужны анализы. Я назначаю их по показаниям, а не просто так. Если у пациента подозрение на анемию — я назначаю общий анализ крови и сывороточное железо. Если подозрение на диабет — сахар крови и гликированный гемоглобин. Это стандартная медицинская практика. Это мои профессиональные обязанности. И мне, знаете ли, совершенно всё равно, насколько это удобно или неудобно лаборатории. Потому что я работаю для пациентов, а не для вашего удобства.

Лицо Крыловой побагровело.

— Как вы смеете так со мной разговаривать! — воскликнула она. — Я заведующая лабораторией! Двадцать два года здесь работаю. Да я тут работала, когда вы ещё под стол ходили! А теперь вообразили себя гением медицины?

Не, если бы я был гением медицины — это была бы совсем другая история.

— Я просто врач, — повторил я. — И ваше личное мнение обо мне не отменяет моих профессиональных обязанностей. И вы должны делать свою работу, а я свою.

Крылова тяжело выдохнула, глаза её сузились.

— Я подниму эту тему на собрании, чтобы те донесли до вас вопрос экономии, — заявила она.

Ну, пусть попробует. На пациентах экономить я точно не стану, не зря же в этом мире в стране бесплатная медицина. Что очень и очень здорово, ведь я изучал этот вопрос. Во многих других странах медицина платная, по так называемой страховке.

— Поднимайте, — кивнул я. — Только это ничего не даст. Стандарты оказания медицинской помощи перевесят вопросы вашей экономии. Всего доброго!

Она ничего мне не ответила, лишь послала ещё один гневный взгляд мне в спину. И я вышел из лаборатории.

Ух, ну и денёк! А впереди главный босс ещё ждёт — надо доложить самой Лавровой, что мы вернулись из села. Что ж, не буду откладывать!

Я вернулся в поликлинику, поднялся на второй этаж и постучал в знакомую дверь. Честно говоря, нехотя постучал. Может, она уже ушла? Не было никакого желания с ней общаться, отчитываться по поводу диспансеризации.

— Войдите! — раздался голос Тамары Павловны.

Ну твою ж мать. Ладно.

Я вошёл в кабинет, закрыл за собой дверь. Тамара Павловна восседала в своём кресле, что-то печатая в компьютере.

— Диспансеризацию провёл, — желая разобраться с этим как можно скорее, заявил я. — Все пациенты приняты. Всё хорошо.

— Хорошо, — она помассировала виски. — Сколько человек было?

— Тридцать семь, — ответил я. — Одну пациентку пришлось госпитализировать экстренно, у неё была прободная язва желудка, прикрытая перфорация. Вызвали скорую, увезли в хирургию.

Лаврова удивлённо повернулась ко мне.

— Прободную язву диагностировали прямо на диспансеризации? — переспросила она.

— Ну, там сложная история, — усмехнулся я. — Можно сказать да. Картина там была классическая, вызвали экстренно скорую. Думаю, уже прооперировали.

Надо заглянуть в стационар, проверить, как там она.

Тамара Павловна медленно кивнула, и на лице её появилось что-то вроде одобрения.

— Хорошо сработали, — сказала она. — Не все молодые врачи могут распознать прободную язву, особенно в полевых условиях. Вы поступили правильно, спасли ей жизнь. Не зря я именно вас туда отправила.

Я аж опешил на долю секунды. Тамара Павловна меня хвалит? Лаврова? Хвалит? У неё что, биполярное расстройство? Или я попал в параллельную вселенную?