Книга Бывает и хуже? Том 5, страница 116 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

— Не за что, — отозвался я. — Приходите через две недели на контроль.

Она ушла, а я сделал записи в карте и заполнил осмотр в МИСе.

Дверь в кабинет открылась, и ко мне зашла Савчук в сопровождении мужчины и женщины в строгих костюмах. Третьего мужчину они где-то потеряли, видимо.

Женщине было лет сорок пять, в тёмно-синем костюме, очках и с пучком волос. Мужчине лет сорока, худой, с планшетом в руках.

— Александр Александрович, — голос Савчук был странно высоким, наверное, от волнения. — Это проверка из Минздрава. Наталья Викторовна Семёнова и Воронов Дмитрий Олегович.

Проверка решила зайти именно ко мне, интересно. Хотя я подозревал, что на это как-то повлияла сама Савчук. Она мне доверяла и знала, что работаю я хорошо. Поэтому и решила, наверное, направить проверяющих именно ко мне.

Хотя кто знает.

— Добрый день, — кивнул я. — Агапов Александр Александрович, врач-терапевт.

Семёнова окинула меня сухим изучающим взглядом. Что ж, белый халат в порядке, бейдж имеется, лишнего ничего нет.

— Здравствуйте, — холодно ответила она. — Мы осмотрим ваш кабинет.

Вопроса в её словах не было, но я всё равно кивнул.

— Осматривайте, — спокойно сказал я.

Они с Вороновым принялись методично обходить кабинет. Я поймал взгляд Лены, которая явно разволновалась из-за всего этого, и успокаивающе ей кивнул. Та немного расслабилась.

— Где у вас аптечка первой помощи? — обратилась ко мне Наталья Викторовна.

— Вот, — указал я ей на специально оформленную полку. Всё по правилам.

— Препараты с истёкшим сроком годности есть? — уточнила та.

— Нет, — так же спокойно ответил я. — Мы регулярно проверяем сроки, инвентаризация каждый месяц.

— Покажите журнал инвентаризации, — потребовал Воронов.

Лена тут же достала из ящика своего стола журнал, протянула им. Я же мысленно снова порадовался тому, какая мне досталась ответственная медсестра. Все эти журналы она вела регулярно и за документами следила очень строго.

Воронов просмотрел журнал, записал что-то себе в планшет, вернул его обратно. Семёнова тем временем заинтересовалась раковиной. Включила кран и посмотрела на воду.

Меня так и тянуло спросить, неужели вода может течь, не соответствуя каким-то стандартам. Но я всё-таки сдержался.

— Мыло где? — спросила Наталья Викторовна.

— В дозаторе, — невозмутимо отозвался я.

Она нажала на дозатор, выдавила мыло себе на руку. Посмотрела на него.

Сколько же шуток в голове, лопнуть можно.

— Хорошо, а полотенце есть? — уточнила та.

— Держатель рядом с вами, на нём полотенце, — удивлён, зачем это спрашивать, если всё это буквально перед ней.

Она смыла мыло, вытерла руки полотенцем. Оставила меня гадать, зачем вообще был этот мув нужен.

— Полотенца у вас не одноразовые, — заметила она.

— Я в курсе, — кивнул я. — Но санитарка меняет их регулярно.

Ещё бы у нас в поликлинике одноразовые полотенца были, ага. Раф на лавандовом молоке вам не нужен случайно?

Воронов осмотрел шкафы, затем опустил взгляд на мой стол.

— Это что? — резко спросил он.

Интонация такая, словно у меня недоеденный беляш с плесенью лежит, который голубь клюёт. А у меня всего лишь телефон. Им надо все очевидные вещи объяснять.

— Телефон, — отозвался я. — Мой. Мобильный.

— На столе у врача не должно быть посторонних предметов, — заявил Дмитрий Олегович. — Это несоблюдение санитарных норм.