Книга Бывает и хуже? Том 4, страница 12 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

— В смысле? — повернулся я к мужчине.

— В прямом, — он скрестил руки перед грудью. — Я читал в интернете, что антибиотики плохо влияют на мужское здоровье! Так что я, доктор, их пить не буду.

Гениально. Просто железный аргумент.

— Антибиотик никак не повлияет на ваше мужское здоровье, — вздохнул я. — Зато если вы не будете его пить, он повлияет на вашу собственно жизнь. Так что не советую отказываться от лечения.

Пациент нахмурился.

— Но в статье на Яндекс.Дзене чётко было написано, что антибиотики создали наши враги, чтобы мы не размножались, — уверенно заявил он.

Ёлки-иголки! Вот сколько бы ни работал в медицине — каждый день способен удивить чем-то новым.

— Я выпишу вам безопасный антибиотик, — решил подойти я с другой стороны. — Который ничем таким точно вам не грозит. Идёт?

Тот задумался.

— Если так — то можно, — наконец, согласился он. — Только я ещё в аптеке спрошу, правда ли он безопасный!

Надеюсь, продавщица в аптеке тоже попадётся адекватная. Я выписал Амоксиклав по тысяче миллиграмм в день, затем расписал симптоматическое лечение и больничный, и пациент ушёл.

— Первый раз такое услышала, — покачала головой Лена. — Надо же.

— Переубеждать его было бы слишком долго, и не факт, что прошло бы успешно, — ответил я. — Поэтому иногда приходится идти на такие своеобразные уступки пациентам.

Лена кивнула, мы продолжили приём. Примерно через час от начала приёма её вызвала на планёрку Татьяна Александровна, и она ушла.

И ко мне тут же заглянул Шарфиков.

— Саня, у нас проблема, — с порога заявил он. — Женщины.

С каких пор женщины для него стали проблемой?

Итак, Шарфиков пришёл ко мне в кабинет, чтобы сообщить о проблеме. И новой проблемой в его жизни стала не угроза увольнения и не необходимость заполнить ЕФАРМ за один день, а женщины.

— Стас, — в тон ему ответил я. — Ты так заколебал меня своим существованием, что я готов заплатить тебе, только бы ты никогда больше не попадался мне на глаза.

Шарфиков нервно усмехнулся и уселся на стул.

— Давай по чесноку, Саня, — заявил он. — У нас с тобой было много недопониманий, я согласен. Но так-то сейчас всё в прошлом. Ты способствовал написанию на меня жалобы, и мы зарыли наш топор войны. Давай снова будем друзьями?

Интересно, он серьёзно?

— Стас, дружище, да я лучше съем какашку собственного котёнка, приправив её васаби, запивая водой из самой грязной реки в мире, будучи при этом абсолютно голым, чем снова буду с тобой дружить, — отозвался я. — Что ты ко мне пришёл, говори уже?

Стас даже не смутился и облокотился на мой стол.

— Восьмое марта, — заявил он. — Надо поздравлять наших женщин. Что-то им дарить.

Необычно, что Шарфиков вообще об этом подумал. Хотя есть вероятность, что он просто хочет использовать праздник как дополнительную манипуляцию.

— И у меня есть идея, — тут же добавил он. — Давай устроим им вечеринку.

И эта вероятность растёт прямо на глазах.

— Вечеринку? — скептически переспросил я.

— Ну да, — кивнул Шарфиков. — Закупим еды и алкоголя. Устроим им тусу-джусу. А если алкоголя качественного возьмём, эта вечеринка нам заместо поездки в Саратов сойдёт!

Я поморщился. Правильный посыл и хорошее предложение от Стаса превратилось во что-то неприятное. И он этого даже не понимал.

— Мы не будем просто спаивать женщин на Восьмое марта, — отрезал я. — Надо подарить им подарки, а празднуют пусть они как хотят.