Книга Доктора Звягина вызывали? Том 2, страница 37 – Алексей Аржанов, Игорь Алмазов

— Михаил Алексеевич, добрый вечер, — поздоровалась она. — Извините, что так поздно. Просто сегодня так и не дождалась вашего отчета по работе дневного стационара за этот месяц.

— Добрый вечер, Екатерина Вениаминовна. Работы много очень навалилось, не успел. Завтра всё сделаю, — ответил я.

— Вы уж постарайтесь. Данные нужны мне в первой половине дня, — ответила Екатерина Вениаминовна. — Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, — я устало отключился и снова устремил взгляд в потолок. Вскоре так и заснул, не раздеваясь.

На следующее утро пришёл на работу часа за полтора до приема, чтобы успеть сделать отчёт. Удалось уложиться как раз вовремя, и снова начался приём.

Почему Светлана так странно на меня смотрит?

— Света, всё в порядке? — решил поинтересоваться я в промежуток между пациентами.

— Да, Михаил Алексеевич. А у вас? — осторожно ответила она.

— Конечно. У меня-то всё по-старому, а ты странно смотришь на меня уже второй день.

— Второй день?… Да вам показалось, наверное, — рассеянно ответила медсестра. — Давайте лучше дальше принимать.

Мы снова погрузились в прием, больше не отвлекаясь на разговоры. После приема ко мне в кабинет заглянула терапевт Юлия Сергеевна, с которой мы очень редко пересекались на работе.

— Михаил Алексеевич, добрый день. У меня сегодня день рождения, и я устроила маленький фуршет в кабинете. Заказала пиццу, зову всех терапевтов, — с улыбкой проговорила она. — Приходите.

— С днём рождения, Юлия Сергеевна, — улыбнулся я. — Простите, даже не знал.

— Не страшно, я его и не особо афиширую, — усмехнулась та. — Минут через пятнадцать в моем кабинете общий сбор.

— Хорошо, — кивнул я. Слова «общий сбор» как-то резанули мой слух. Обычное выражение, что мне в нем так не понравилось?

Я закончил все дела и направился в кабинет Юли. Конечно, оставалось ещё куча работы, но поздравить коллегу тоже надо.

Я пришёл в кабинет, где уже собрались остальные терапевты. Не было только Станислава Валентиновича, то ли его не позвали, то ли он сам решил не посещать мероприятие. А жаль, хотел с ним поговорить про ту пациентку Жучкину с аритмией.

На столе стояло несколько пицц на выбор. Пепперони, Маргарита, четыре сыра, Гавайская. Ох, терпеть не могу гавайскую пиццу. Не место ананасу рядом с курицей. Стоп…

Меня прошиб холодный пот. Я смотрел на гавайскую пиццу, и воспоминания медленно возвращались ко мне. Николай, клоны, эксперимент, лаборатория. Вот чёрт.

Извинившись и сославшись на срочные дела, я поспешил в свой кабинет, и закрылся изнутри. Воспоминания продолжали медленно и верно возвращаться. Виктор же стер мою память! Но, видимо, ассоциативный ряд гавайская пицца — Николай оказался сильнее его сил. Зря я всё-таки так не любил эту пиццу, она мне сейчас чуть ли не жизнь спасла. Так, теперь надо всё аккуратно обдумать. Очень аккуратно.

Мне надо понять, есть ли способ закрыть свои мысли от Виктора. Ещё хорошо бы знать, сидит ли он сейчас во мне, или находится где-то отдельно. Нет, второй вариант вряд ли. Всё-таки Виктор не может надолго отделяться от меня, он завязан на мне как на основном носителе. Значит, сейчас надо придумать, что делать с мыслительным процессом.

Лучше всего в этом деле поможет его лёгкое заторможение. Проще говоря, мне надо начать прием успокоительных препаратов.