Книга Доктора Звягина вызывали? Том 1, страница 40 – Алексей Аржанов, Игорь Алмазов

— Так там же Артур Михайлович был? Неужели он оперировал? – поразилась Света.

На секунду я даже забыл, что хотел сделать, от удивления. Светлана никогда не отличалась любовью к сплетням, и в принципе никаких личностных оценок врачей от неё я никогда не слышал.

— Да. Конечно, он оперировал. Он же хирург, – пожал я плечами. Затем заметил, что Света хочет ещё что-то сказать, поэтому добавил: – Давай начинать приём.

Медсестра кивнула и кинулась звать первого пациента. Да уж, оказывается про Артура Михайловича по всей поликлинике ходят слухи. Но я свое слово буду держать, о моем ассистировании в операции никто не узнает.

Прием проходил довольно спокойно. Вернулась на повторный прием сельская женщина с проблемами в спине, радостно поблагодарив за лечение. Потом заглянул Жабин, поблагодарил за полученную инвалидность. Оказывается, документы уже рассмотрели в бюро медико-социальной экспертизы и присвоили ему вторую группу инвалидности. Жабин на это и рассчитывал, со второй группой он мог устроиться на работу, получая при этом выплаты за инвалидность.

Под конец приёма в моём кабинете появился уже знакомый мне полицейский с двумя мужчинами в наручниках.

— Добрый день, вот и снова пересеклись, – поприветствовал меня Данила.

Светлана удивленно взглянула на меня, но ничего не сказала.

Ну молодец, не мог как-то по-другому поздороваться!

— Добрый день. Освидетельствование? – уточнил я.

При необходимости поместить человека в изолятор временного содержания, полицейские были обязаны привести к его в поликлинику к терапевту. Терапевт осматривал заключенного, и выдавал документ о разрешении содержания в изоляторе. Многие терапевты очень условно подходили к этой задаче, но иногда это было чревато проблемами. Так, однажды врач допустила пациента для содержания в изоляторе, а тот скончался в нём от инфаркта. Того терапевта ждало долгое судебное разбирательство и реальная статья.

— Двое у вас? – спросил я Данилу, который был очень занят рассматриванием моей медсестры.

— Двое тут, ещё один внизу с охраной. Тот буйный, белочку словил. Его тоже осмотреть, и в соседний город в психиатрическую больницу отправить.

— Если там есть данные за острый психоз, – строго ответил я, а затем обратился к Светлане, – вызови, пожалуйста к нему нарколога, а я пока займусь освидетельствованием.

Та кивнула и, провожаемая взглядом полицейского, поспешила скрыться за дверью.

— Присаживайтесь, – кивнул я на стул, располагая первого мужчину. Быстро провёл все необходимые манипуляции и кивнул, – сейчас напишу допуск.

— Вот радость-то, – пробурчал тот, поднимаясь с места, – меня допустили до заключения под стражу! Пойду отпраздную.

— Ты уже на детской площадке отпраздновал, – одёрнул его Данила, – не возмущайся тут.

Я принялся за осмотр второго мужчины. Измеряя ему пульс, сразу обратил внимание на нерегулярность сердечных ритмов. Обычно сердце должно биться с определенной периодичностью и частотой. Здесь же явно проскакивала какая-то аритмия.

— Этого на ЭКГ надо, – проговорил я, поворачиваюсь к компьютеру за направлением.

— Эй, а без этого никак? Мне же и второго тогда на ЭКГ тащить, здесь же его не оставишь! – возмутился полицейский.

— Здесь проблема с сердечным ритмом. Я должен провести инструментальное обследование для выяснения причины, – строго ответил я, – вот направление, тридцать шестой кабинет.