Книга Друид. Пламя и кровь, страница 44 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

Мы вывели их во двор. И тут одноногий остановился. Поднял голову и посмотрел на балкон. На тело Тумалина, висящее в переплетении ветвей.

Потом повернулся ко мне. Лицо его не выражало ничего – ни радости, ни облегчения, ни ненависти.

— Зря вы это сделали, – хмыкнул он. – Тумалин хоть и был куском говна, но теперь на его место придёт кое-кто похуже.

Не говоря о том, что граф Бойков явно не обрадуется, когда узнает, что один его вассал прикончил другого.

Одноногий знает слишком много.

Я сразу понял, что этот человек сильно отличается от остальных пленников. Его дух до сих пор не сломлен, либо же ему хватает силы воли, чтобы этого не показывать. Происходящее здесь его вовсе не удивляет. А выбравшись на волю, он сразу же начинает объяснять мне, чем может быть чревато убийство Андрея Тумалина.

— Прежде чем мы продолжим разговор, я бы хотел задать вам другой вопрос. Кто вы такой? – спросил я.

Мужчина посмотрел мне в глаза. Прищурился. До этого момента на его лице я не заметил ни одной эмоций. Но после моего вопроса что-то изменилось. Не показав улыбки, он усмехнулся. Шумно выдохнул носом, будто мой вопрос чем-то его позабавил.

— Это долгая история, господин Дубровский, – коротко ответил он.

— Не помню, чтобы я представлялся, – подметил я.

— Это вовсе необязательно. Я и так знаю, кто вы такой.

— Зато я не знаю, кто вы, так что мой вопрос остаётся прежним, – продолжил настаивать я.

— Что ж… Выходит дело, что я у вас в долгу. Не заявись вы сюда, я бы до сих пор гнил в темнице Тумалина, – незнакомец упёрся плечом в стену особняка и с облегчением выдохнул. Позволил единственной ноге хотя бы немного расслабиться. – Я многое могу вам рассказать, господин Дубровский. И расскажу. Но не здесь.

— В таком случае приглашаю вас в свой особняк, – произнёс я. – Там моя целительница и раны ваши сможет обработать. Мой слуга вас накормит. А мы поговорим. Если вы, конечно, никуда не спешите.

— Спешу ли я? – он покачал головой. – Вот уж нет. Все, кого я знаю, скорее всего, считают меня мертвецом. Либо пропавшим без вести. Ничего страшного не случится, если я… – он выдержал паузу. – Обрадую их своим возвращением чуть позже.

Он явно выделил слово “обрадую”. Будто бы это сарказм. Интересно… Чувствую, этот человек таит в себе немало загадок. Он до сих пор даже имя своё не назвал.

Тумалин таил в своём подвале много тайн. И, готов поспорить, самая большая из них – этот человек.

Задерживаться в особняке покойного барона мы больше не могли, и так достаточно нашумели. И наверняка выжившие люди Тумалина доложат об этом Бойкову. Может быть, кто-то из них уже в пути.

Нельзя, чтобы нас заметили на месте преступления. Хотя я бы произошедшее преступлением не назвал, но мне это ещё только предстоит объяснить своему графу.

Тащить раненых через лес, очевидно, мы не могли. Многие этого попросту не переживут. Пока я изучал подвал Тумалина, Фёдор отвёл моих работников на опушку, а затем пригнал из конюшен барона три повозки.

Кража лошадей – наименьшая из наших проблем. По-другому мы людей всё равно отсюда увезти не сможем. Но мне чужого не надо. Оставим повозки у жителей ближайшего села, принадлежавшего Тумалину.

Итого нами спасено девять человек. И это всего лишь за один день. Не хочется даже представлять, сколько народу сгинуло в землях Тумалина ранее. Жертвы, скорее всего, исчисляются десятками людей.