Книга Друид. Тайные тропы, страница 96 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

— Что случилось? – спросил я.

— Не знаю, – он качнул головой. – Чувствую. Холод. Кожа на руке онемела. Там что-то изменилось. В лесу.

В памяти тут же всплыла чёрная аура из сна, пожирающая мои конечности.

— Тогда идём. Скорее!

Мы не стали брать лошадей. Через лес, когда деревья сами расступаются перед тобой, путь всегда короче. Мы углубились в берёзовую рощу на северо-востоке – ту самую, что в моём сне отвечала за правую руку.

Сначала всё казалось обычным. Никакой гнили. Берёзы шумят, пахнет свежестью, травой. Но по мере продвижения я начал ощущать странный дискомфорт. Магия внутри меня, обычно текущая ровным потоком, начала обрываться.

Мы вышли на небольшую поляну, в центре которой стояли три старые, раскидистые берёзы. И тут меня проняло.

Я попытался коснуться их разумом, как делал это тысячи раз, но наткнулся на глухую стену. А вот это уже не нормально! Ощущение, будто я хочу пошевелить пальцами, а они меня не слушаются. Правильно выразился Ярослав.

“Кожа на руке онемела”.

Я сделал шаг вперёд, приложил ладонь к коре ближайшего дерева. Вместо привычного тепла я почувствовал холодное безразличие. Берёза была жива, но она больше не была моей. Она как будто обособилась от всего леса, обрубила все связи и затаилась.

— Они нашли себе другого хозяина, – обнажив зубы, прошипел Ярослав. Его змеиная натура вылезла наружу из-за приступа гнева. – Я чувствую здесь чужой запах. Здесь кто-то был…

Вот оно. Проба пера Тенелиста. Он не стал бить в лоб, не стал атаковать Исток. Он начал “вербовать” моих сотрудников. Тонкая, изящная диверсия – отрезать по кусочку, перетягивать на свою сторону тех, кто слабее.

Эта ситуация до боли напомнила моё прошлое в корпоративном мире. Когда конкуренты из соседнего холдинга начинали обрабатывать моих ключевых специалистов, предлагая им золотые горы. Тогда я не бегал с криками и не увольнял всех подряд. А шёл и разговаривал с людьми.

Я сосредоточился. Направил поток маны не как приказ, а как приглашение к диалогу.

— Почему? – мысленно спросил я у деревьев.

В ответ пришли не слова, но образ. Обещание покоя без вечной службы во имя леса. Манящая тьма. Тенелист обещал им освобождение от их природы.

Ложь, конечно. Он просто хотел превратить их в свои глаза и уши внутри моей крепости.

— Нет, – твёрдо сказал я вслух. – Вы – часть моего леса. Часть меня. Без леса вы окажетесь без защиты. Я даже не говорю о дровосеках. Тенелист будет первым, кто вас иссушит и убьёт.

Я начал вливать в них магию Истока – ту самую, что даёт жизнь всему региону. Она находилась и во мне, как в хозяине этих земель.

Напоминал им о радости, которую они чувствуют весной и летом. О том, как их корни сплетаются с корнями вековых дубов, создавая несокрушимый щит.

Другими словами, я “перебивал” предложение конкурента своими обещаниями – истинной жизнью. И я своё обещание, в отличие от Тенелиста, сдержу.

Берёзы вздрогнули. Листва затрепетала, хотя ветра не было. Тёмный налёт, едва заметный глазу, начал сползать с коры, как старая змеиная кожа. Я чувствовал, как связи восстанавливаются, “пальцы” моей руки снова начинают слушаться.

Вскоре я уловил ещё один образ. Чувства деревьев, если это можно так назвать. Их вину и благодарность. Они вернулись.

— Первый раунд за нами, – я вытер пот со лба. – Но это только три дерева, Ярослав.