Книга Друид. Тайные тропы, страница 35 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

— Рад, что вы так быстро оценили ситуацию, – улыбнулся я.

— Я не привык терять время, – Астахов хмыкнул. – Перейду к делу. Я готов разорвать контрактные обязательства перед бароном Озёровым и принять ваше дело. Однако…

Ну конечно. Не могло всё быть так просто.

— …Однако мне хотелось бы обсудить условия нашего сотрудничества, – голос Астахова приобрёл ту маслянистую мягкость, которую я мгновенно распознал. Так говорят люди, которые собираются попросить больше, чем им причитается. – Видите ли, барон, ваш санаторий – это, без преувеличения, золотая жила. Минеральные источники, целительная магия, высокопоставленная клиентура… Я тут навёл справки. Нефёдов уже обеспечивает вам поток пациентов за двенадцать процентов от прибыли. Полагаю, юридическое сопровождение заслуживает не меньшей оценки.

— Долю, – я произнёс это слово так, словно попробовал на вкус что-то кислое. – Вы хотите долю в моём санатории.

— Пятнадцать процентов, – выпалил Астахов, и в его голосе мелькнула азартная торопливость. – В обмен на полное юридическое сопровождение всех земельных дел, защиту от Озёрова, представительство ваших интересов в суде и в канцелярии губернатора. Согласитесь, это…

— Это не то, о чём мы договаривались, – я перебил его.

Повисла тяжёлая тишина. В трубке было слышно, как Астахов нервно постукивает пальцами по столу.

— Позвольте объяснить, – начал он снова, и в его голосе появились заискивающие нотки. – Я не прошу подарков, барон. Это инвестиция. Пятнадцать процентов – и вы получаете юриста, который посвятит вашему делу всё своё время. Не между другими клиентами, а целиком. Эксклюзивно. Разве это не стоит…

— Это стоит ровно столько, сколько мы обговорили при нашей первой встрече, – я позволил голосу стать чуть холоднее. – Ни рублём больше.

Пауза. Астахов, видимо, не ожидал такой прямоты.

— Обстоятельства изменились, барон, – осторожно начал он. – С тех пор, как мы обсуждали начальные условия, многое изменилось.

— Всё верно, обстоятельства изменились, – я чуть улыбнулся, хотя Астахов этого видеть не мог. – Но изменились они в мою пользу, Пётр Алексеевич. Не в вашу. Мы с вами оговорили условия: фиксированный гонорар и бонус за успешное завершение дела. Вы тогда сочли их справедливыми. С тех пор ваша работа не стала ни сложнее, ни объёмнее. Зато мои позиции укрепились настолько, что у меня появился выбор.

— Выбор? – в голосе Астахова впервые зазвучала тревога.

— Выбор юриста, – я произнёс это с ленивым спокойствием, которое отточил ещё в прошлой жизни. Так разговаривают люди, которые могут встать из-за стола переговоров и уйти без потерь. – Граф Корнилов любезно предложил рекомендовать мне столичных специалистов. Уверен, в Петербурге найдётся десяток юристов, которые с радостью примут моё дело на наших прежних условиях. А может, и на более скромных. Конкуренция в столице жёстче, чем в губернии.

Тишина в трубке длилась так долго, что я успел пересчитать удары собственного пульса. Семь ударов. Восемь.

— Барон… – Астахов откашлялся. – Возможно, я поторопился с предложением. Давайте вернёмся к нашим первоначальным договорённостям.

Именно так. Жадность – плохой советчик на переговорах. Астахов протянул руку за лишним куском и чуть не потерял весь пирог.

— Вернёмся, – согласился я. – Но у меня тоже есть дополнение.