Книга Друид. Исток Жизни, страница 10 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

— Ладно, – буркнул он, хватая орех. – Может, ты и не совсем безнадёжный.

Обратно мы добирались почти весь остаток ночи. Павла разместили в моём поместье. Лучше тут, чем в санатории, где он может напугать людей. Лиза несколько раз за ночь подходила к нему, чтобы следить за состоянием.

На рассвете я отправил Ярину с Ярославом чистить отравленные участки леса. Она быстро всё восстановит с помощью друидической магии.

Студентов я отпустил утром. Левачёв перед отъездом принёс мне три листа – замеры магического фона за последние сутки. Отдельной строкой подчеркнул направленный импульс, который разрушил печать. Время, мощность, направление.

— Это был не природный выброс, барон. Мы всё изучили, – тихо сказал Игорь. – Кто-то ударил по вашей защите целенаправленно. Мои данные могут помочь вам вычислить источник.

— Спасибо. Это ценная информация, – я достал из кармана диск, который изъял у Игоря в день нашего первого знакомства. И вернул ему.

Левачёв забрал и кивнул. Потом помялся и добавил:

— Когда мы вернёмся в Саратов, я напишу работу. Но в ней не будет ни слова о вашем лесе. Только общая теория. И рекомендация искать аномалии подальше отсюда.

— Линии Левачёва? – вскинул я бровь.

— Да, линии Левачёва, – кивнул он без улыбки. – Звучит неплохо.

Студенты уехали на телеге. Пушок, смотря им вслед, на моём плече хрустнул орехом и изрёк:

— Ловко ты их спровадил, кузен. Прямо как я однажды спровадил своих кредиторов – пообещал им золотые горы на Камчатке. Они поехали, а я… Ну, остался. Правда, потом всё равно пришлось из города бежать, но это детали!

— Ты мне эту историю потом расскажешь. Целиком.

— Зачем?!

— Чтобы знать, каких ошибок не повторять. И кто ещё ко мне может заявиться за деньгами!

Часам к двум я наконец-то остался один. Егеря были на дежурстве, все остальные тоже заняты.

— Пойду к печати, – сказал я Валерьяну, который на удивление молча висел у книжного шкафа.

— Один? – призрак нахмурился.

— Один. Мне нужно увидеть разрушения своими глазами.

— Тогда и я с тобой, – Валерьян поплыл следом.

Пушок, дремавший в корзинке у камина, поднял голову:

— Можно я останусь?

— Нет. Пойдёшь со мной. Нюх у тебя лучше моего.

— Ненавижу свою новую жизнь, – простонал Пушок, но снова полез на моё плечо.

Дорога к юго-западной границе заняла сорок минут. Лес по пути выглядел больным. Местами на стволах чернели пятна, похожие на синяки. Один куст шиповника засох, хотя ещё вчера цвёл. Птицы молчали.

Гниль, которая хлынула через сломанную печать, добралась и сюда. Аномальная дрянь расползалась по корневой системе, как инфекция по кровеносным сосудам.

Место, где стояла печать, я нашёл по памяти. Старый дуб на юго-западной опушке.

Остановился и долго смотрел. Всё оказалось гораздо хуже, чем я предполагал.

— Ты только глянь на это, Пушок, – покачал головой я. – Мы чуть не проиграли. И всё ещё рискуем потерпеть поражение, если не придумаем достойный план.

Вся территория, которая некогда окружала юго-западную печать, насквозь прогнила. Дуб, к которому я прикрепил “душу” Павла, начал чернеть. Мой лес страдает, и я чувствую неприятный жар внутри собственного тела.

М-да, проблемы серьёзные. Судя по тому, что сообщает мне лес, жизни в нём остаётся мало. Деревья уже не питаются от земли и не поглощают солнечный свет. Их энергия почти на исходе.