Книга Игрушка подводного Принца. Часть 1, страница 31 – Александра Ермакова

— Я о таком не слышал, — задумчиво протянул второй.

— И я, — поддакнул похититель. — Предполагаю! — признался в догадке. — Люди странные… Может, их самки привыкли к беспорядочным актам, где и как приспичит. Вот и ждёт, что я буду бросаться в жажде побыстрее и погрубее с ней спариться.

Мне совсем поплохело. И глаз задергался… вроде.

Зачем они взращивают мой страх? Весьма уместный страх, между прочим! Я что, единственная, кого похитили? Не-е-ет!

Похищают! Берут в рабство!

И часто! Очень часто жертву насилуют!

Я…

И ничего я подобного не желала!!!

— А ты не хочешь с ней спариться? — чуть погодя с задумчивостью выдал второй. Я даже мысленно оцепенела от шока.

— Не очень, — прозвучало убедительно. — Я всего лишь её спас, а потом…

— А потом? — вторил насмешливо второй с явным подтекстом, что истинную причину уже знал, и очень хотел, чтобы её, наконец, озвучил мой похититель.

— Не знаю я! — отмахнулся недовольно извращенец. — Но смерти ей не желаю! — У меня от сердца отлегло, дышать легче стало. — Поэтому и привязал. Глупая в лагерь бегать начала. Не знаю, как до сих пор наши девы её не заметили. Она же громкая и неповоротливая, как кит, брось его в лужу. Жуткое… жуткое создание, — повторял оскорбление, заставляя меня насупиться.

— Так может она в ужасе, что ты её до сих пор не насиловал, вот и бегает… в поисках, кто бы это сделал…

— Думаешь? — озадачился ненормальный похититель.

И мне это уже до абсурда смешным казалось.

— Выходит, что я извращенец, потому что не лезу с ней спариваться?

— Видимо человеческие самки только для того и созданы. И если пытаешься просто поговорить или, Великая Секвана, проявишь желание покормить, теряются. Сходят с ума, и как итог — ведут себя неадекватно!

Это же театр абсурда!!!

Я бы заорала, но, увы, язык хоть и начинал проявлять какие-то ощутительные рефлексы, пока не шевелился как нужно. Поэтому я немой тушкой выслушивала двух ограниченных существ, которые уже дошли в своих мыслительных изысканиях до маразма.

— Почему у этого вида всё сводится к спариванию?

— Может это ключ к многочисленному потомству? Неспроста их вид превосходит наш по численности!

— Как вариант, — замычал, размышляя второй. — Но бездумное разбрызгивание семени приводит к тому, что в ней остаётся очень мало активных частиц, несущих живой ген. Это замкнутый круг, — заключил веско. — Но если это важно для человеческой самки и её спокойствия, возьми её… — посоветовал ровно.

— Я подумаю над этим! — убил задумчивостью маньяк. А в том, что он маньяк, убеждалась все больше. — Но не думаю, что спариваться — лучшая стратегия изучения человеческой самки. Несмотря на то, что она привлекательна и вполне годна для производства потомства.

Да ну на?! В истерике я билась уже давно.

— Решай быстрей, иначе Вал решит за тебя, а его слово!..

— Знаю, — буркнул похититель. — Ступай, а то она скоро начнёт приходить в себя. Ещё решит, что и ты с ней желаешь спариваться, я этого не переживу. И так уже оглох от визга, устал от беготни и её влипаний в неприятности.

— Хм, значит, не только наши сирены умеют голосить? — посмеялся второй.

— Не-е-ет, — совершенно не улыбался пленитель. — Наши голосами могут заманить, очаровать. А у этой… перепонки еле выдерживают!

— Может кляп в рот? — посоветовал добряк-второй.