Книга Бес с тобой, страница 83 – Александра Ермакова, Анна Абрамова

Я не обидчивая, просто странно…

Дедуля меня учил вежливости. Говорил, что это отличительная черта воспитанного человека. Но при всём этом, я бы не сказала, что Дима не воспитан. Скорее назвала бы его странным, жёстким, сухим, нелюдимым. Но если у кого-то это выходит хамски, то у Димы — как и должно быть. Словно остальное сказано, но по умолчанию.

— Скоро буду, — откладывает трубку, когда уже едем какое-то время.

Я жадно ловлю краски яркого солнечного дня. Любуюсь переливами и бликами на асфальте, на лужах, остановках, витринах, на крышах.

Редкие облака в причудливых разливах, словно по ним трактор проехал и даже на некоторых видны следы гусениц — такой же рельеф и крапинки.

Как красиво! Иногда мне кажется, что воздушно-облачный мир существует. Я часто на небо смотрю. Там невыразимо свободно, просторно, богато. Я ни разу не летала, и была бы счастлива хоть когда-нибудь…

— Ты странная, Рин, — голос Димы вырывает из мечты. — Мне нравится, что ты не задаешь много вопросов, но все девчонки обычно болтают, желая утолить любознательность. А ты часто молчишь. Меня это напрягает…

— А у тебя много знакомых девчонок моего возраста? — Оборачиваюсь, отрываясь от созерцания неба. Знаю идиотская манера вопросом отвечать на вопрос, но когда взрослый человек приписывает всем и всё, меня чуть коробит.

— Нет, — слегка тушуется Дима, пристреливая цепким взглядом. — Но девчонки по своей природе любопытные… — продолжает размытую мысль.

— Точно, — киваю. — Но смысл раньше времени переживать или дёргаться? Раньше, чем приедем, мы не приедем. Так ведь? — с надеждой смотрю на Диму.

Дядя глухо хмыкает, мотает головой:

— Говорю же — странная ты.

— Угу, — вновь припадаю к окну, разглядывая облака.

— Пошли, — выключает зажигание Дима.

Всё равно ничего не понимаю, но ему безоговорочно доверяю. Выхожу. Но уже на улице, охватывает неприятное ощущение. Давящее, угнетающее. Тут неуютно. Дорогой район, элитный двор. Серия домов в новом архитектурном исполнении. С цветными диковинными балконами и вычурными пиками на крышах.

— Что-то не так? — хмурится Дима.

— Нет, — прячу глаза. Я же не буду свои тараканы выговаривать другому.

— Ты перестала улыбаться, — настаивает дядя, — тебе здесь не нравится?

— Всё нормально, — смущена каким напором.

— Мне важно! — жёстче обычного. — Говори!

Обвожу улицу глазами, на душе тяжко.

— Что не так? — не унимается Дима. А меня это правда стыдит. Как маленькая нахохливаюсь. Будто попадаю в недружественную, новую компанию, где меня осуждают, и насмехаются.

Нужно успокоиться. Всё нормально… Всего лишь двор, дом парковка.

— Рин, ты до сих пор с места не сдвинулась, — и такая решимость вперемежку с категоричностью.

— А можно я в машине посижу, — робко плечом ведёт. На немой вопрос в пристальном взгляде, нехотя признаюсь: — Мне здесь не по себе. — А напоследок виновато: — Это ведь не страшно?

— Нет, — отстранённо, выуживая телефон из кармана куртки. — Шуруй в машину, — кивает на «Нисан». Да, сегодня мы уже катаемся на новой машине. Не в смысле — по году выпуска, а по очередной смене «колес». Дурная привычка чуть ли не каждую неделю менять тачки. Я уже устала играть в угадайку, какая на парковке на сегодня наша.

— Мы не будем смотреть, — Дима, с мобильным возле уха, садиться на водительское сидение, ключ в замок вставляет. — Нет, — Наталь, — район но мне нравится.