Книга Бес с тобой, страница 75 – Александра Ермакова, Анна Абрамова

— Ты свободен?

— Да, — парень как всегда — готов, даже если занят. Хорош в машинах, гонках. Под ним большая команда парней. Заняты только «колёсами».

— Жди. Наберу, — сбрасываю, поглядывая в зеркало заднего вида. «Шевроль» катит. Играть в кошки-мышки нет ни времени, ни сил, ни смысла, ни желания. Поэтому торможу на парковке возле дома.

В подъезд, симку из телефона в почтовый ящик, мобильный в хлам… и в мусорку. На тот случай если квартиру и машину будут шманать.

Выхожу из подъезда, и вместо своей тачки, сажусь в «Шевроль» хвоста.

— Девчонки, вы почему такие робкие и нерешительные? — на заднем вальяжно рассаживаюсь, руки на спинку. Мужики начинают крутиться, суетиться. — Да лан, как девственницы на члене дёргаетесь. Расслабьтесь, не так больно будет.

— Да иди ты! — рычит более крупный, на втором от водителя кресле.

— Приглашаешь?

— Заканчивай паясничать, — в полоборота водила бритоголовый. А в глазах сталь. Видимо оценивает, раз уж засветились и так рыпаться ничего.

— Эх, что же с вами делать-то? — лениво посматриваю то на одного, то на второго.

— Где Арина?

— Сам ищу…

— Отдай девчонку…

— Это шутка такая? — перестаю глумиться. — Запугали мелкую, вот и сбежала. Я сам её ищу.

Морды мужиков чуть озадачены, но в правоохранительных органах и отделе опеки и попечительства работают не только идиоты и тугодумы. Эти явно из числа недоверчивых умников.

— Тогда почему бегаешь?

— Куда бегаю? Я у вас в машине! Если нужно, могу дать показания…

— Что, и полиграф готов пройти? — хмыкает водила.

— Все настолько скверно, что это необходимость? — не возражаю, но не сдерживаю желания чуть уколоть. Мужики хмуро зыркают. — Посмотрим на ваше поведение, — усмехаясь сухо.

Мда, приходится прокатиться до отдела. Просто так не отпускают. Допрос учиняют нешуточный. Благо, в плохого и хорошего полицейского не играют — оба г*ки. Всё припоминают: и детство, и юность, и завязки на громкие дела, и даже то, что Нестор Львович наметился на район, где лавка Арины и деда.

— Если я муд*-похититель, — расползаюсь по жесткому стулу, чуть ноги расставив, откидываюсь на спинку, одну руку на стол и портсигаром играю. Кручу, верчу… — то почему Коган доверил мне ведение его дел и наблюдение за его внучкой?

Мужики обмениваются колючими взглядами:

— Может, у тебя рычаги есть, вот и держишь его за яйца, — крупный подпирает плечом стену, руки на груди, взглядом пилит.

— Хорошо, — равнодушно киваю, — я тут, он в больнице. Прокатитесь, спросите без свидетелей. Я же не в курсе, что он вам наговорит…

Мужики опять умолкают. Один глаза в пол, другой-бритоголовый, сидя за столом — перебирает листы с моим делом.

— А, — хмыкаю понятливо, — вы его уже спрашивали. — Ну и что он говорит обо мне? — подаюсь вперёд. Сигарету из портсигара выуживаю… Прикуриваю. — Может, я не самый лучший парень, но он же мне всё-таки свою внучку доверил…

— Вот именно, — кривит губы бритоголовый, — а она сбежала.

— Сбежала из-за отдела опеки, кто желает такого счастья и благополучия, которая девочка не желает, — выпускаю дым: тыча в очевидность мужикам.

И вот такой воды несколько часов кряду. Из пустого в порожнее — обратно. Умиление и только. А так как никаких неопровержимых доказательств, что я укрываю девчонку, у них нет и выдвинуть обвинение они не могут — потому и отпускают.