Онлайн книга «Бес с тобой»
|
Рассказ невинен, а картинки перед глазами зашкаливали своей откровенностью. И бл*, не было ничего краше, эстетичней и желанней этих грёбаных… полных, чувственных губ и того, что я с ними хочу сделать. Ничего грязного и плохого. Ничего из ряда вон выходящего или извращённого. Всё строго впихиваемое в понятие «секс». А в сексе грязи быть не может. Это природа, инстинкт, и сейчас мой инстинкт вопит и требует: «Завладеть этими губами!!!» Даже если напугаю животной страстью и причиню боль в нетерпении. А потом оттрахать, как только в голове перещёлкнет. И это будет… И это будет настолько правильно и хорошо, что аморальней не придумаешь! Если первый мой внезапный уход Арина чуть обиделась, спроецировав причину на себя, то остальные уже принимала, как должное — вот с таким человеком живу. Охренительно круто, когда рядом такая понимающая и чистая душа. Как маяк в темноте — во мраке, где давно брожу, не находя пристанища. Потому и возвращаюсь… Арина В воспитанном обществе принято здороваться при встрече, прощаться, расставаясь, и допустимо при срочности и спешности — отмахиваться какими-то банальностями. Часто выдуманными причинами, зато хоть как-то объясняющими действие или некультурность в тот или иной момент. Но это явно не про Диму. Он появляется из ниоткуда, смущает близостью, привносит раздрай в и без того суетное мышление. Маячит рядом, как тень. Безмолвный собеседник, настойчивый слушатель… И уходит так же внезапно, порывисто: у меня всегда в груди щемит. Слова обрываются, дыхание надламывает — стою, опущенная ниже воды и опустошенно смотрю вслед. Своему «никто и всё» — кто наравне со спасением неотвратимо меня уничтожает. Не специально — это мои тараканы и они становятся навязчиво озабоченными. Но с каждый приходом Дима меня пленяет крепче. С каждой минутой привязывает сильнее. С каждый вздохом порабощает, и я всё чётче понимаю, что чем ближе он, тем меньше меня. Он становится неотъемлемой частью моей жизни. Моего утра, дня, вечера, ночи… Я уже до такой степени привыкла к нему, что начинается ломка, если не слышу, не вижу, не ощущаю. Никогда не была зависима, а теперь… я погрязла в дяде Диме. Это стыдно, безнравственно и некрасиво. Я не имею права на какие-либо чувства в его сторону. Он чётко разграничил — ты подопечная, я присматриваю. А то, что звучит иной раз двояко, так это мои проблемы. Видимо, я всё же нехорошая девочка, потому что мои мысли далеки от невинного и чистого. Мелькают такие картинки и фантазии, что от жара задыхаюсь, тушуюсь, мнусь, прячу глаза… Не смею поднять красное от стыда лицо и встретиться со взглядом моего персонального наваждения. А вдруг помёт, вдруг прочтёт? Он ведь… куда опытней! Смекнёт, что мелкая дурочка втрескалась в него по уши и теперь только живёт редкими встречами. И уйдёт! Только навсегда! Или посмеется! Не переживу насмешки. Первая любовь она… может убить, особенно такую ранимую душу, как моя. И в тоже время я понимаю. Что это тупик. Он и я… мы чужие. Мы из разных миров, мы не можем быть вместе. И даже не потому, что я не дамся, а потому что он… не возьмёт. Зачем ему девочка, когда вокруг женщины? Зачем ему мелкая и неопытная, когда рядом взрослые и раскрепощённые? Зачем ему лишние заморочки и проблемы? Ему и без меня… хватает. |