Книга Бес с тобой, страница 15 – Александра Ермакова, Анна Абрамова

Вот же дура маленькая! Совсем нет страха. Прёт именно в темноту. Непуганая лань, что б её!!!

Была бы моей — выпорол. А потом ещё раз. Чтобы сидеть не смогла и запомнила раз и навсегда — НЕЛЬЗЯ одной ходить такими дорогами!!!

От злости аж руки чешутся, да в ногах огонь. Пойти и самому проучить девчонку. Дед всеми силами её пытается уберечь от грязи, а она…

Дождь неприятно косо моросит. Хре*во! Придётся помокнуть!

Выкидываю окурок в открытое окно и покидаю машину, аккурат с девичьим истошным визгом.

Игра началась! Только крик неприятно душу шкрябает. Размашисто шагаю в проулок, где слышатся мужские смешки, девичий плач, сдавленные, хриплые повизгивания.

— Помогите! — обречённым шипением.

Бл?!. Что муд* делают?

Злость застилает взор, бешенство затапливает рассудок. Даже плевать на сырость — плохо соображаю, как оказываюсь в темноте проулка, где мелькают силуэты.

— Маленькая, да ты не бойся, мы быстро, — глумливо ржёт кто-то.

— Э-э-э, — окрикиваю парней, привлекая внимание, а сам прищуриваюсь, пытаясь сообразить, мои ребята или нет. Когда вижу — свои — меня обуревает слепая ярость.

Были даны строгие указания, что можно, а чего нельзя, а парни решили проявить инициативу!

Что ж!

— Вали отсюда!!! — хмельной голос одного из… но эффекта не производит. Дождь лупит по лицу, а я целенаправленно иду в толпу. Она сгущается — парни на меня реагируют, но по звукам, у стены копошится ещё кто-то, а девчонка, давясь слезами, отбивается.

Треск ткани, панический визг, шлепки, рычание, гогот.

И Бес вырывается.

Лишь лава вместо крови, безумство в глазах и радость в теле от того, что позволяю расслабиться. Хруст ломаемых костей, вой падающих, негодование остальных, оскаленные морды незнакомых, но которых Костыль притащил. И сам Костыль… он знает, что парни маху дали, потому не защищает, но и свою роль обязан отстоять. То, что он заплатит позже — уже догадывается, на морде его читаю вину и обречённость. Но как истинный воин — готов принять, а сейчас… позволяю перу скользнуть по боку. Только в последний миг осознав, что если бы я не был более ловким — у меня было бы куда опаснее ранение. То ли Костыль так в меня верит, то ли…

Об этом сейчас лучше не думать.

Боль обжигает тело, но мне всё равно — пропускаю Костыля мимо, и с разворота бью локтем в затылок. Знакомый глухо врезается в стену. Разворачивается, прокручивая нож. Метает испуганные взгляды то на меня, то на парней и благоразумно даёт команду:

— Быстро, валим!!! — припускает так, что из-под подошв шлепками разлетаются брызги.

— Нах* отсюда, — харкая кровью, стенает тощий, едва на ноги поднимаясь чуть в стороне. Ему помогает крупный.

Ещё слышны голоса и топот удирающих, а я уже к Арине спешу.

— Ты как? — склоняюсь над девчонкой. В скудном свете она кажется смертельно напуганной. Мокрые, слипшиеся волосы. Огромные глаза, подрагивающий рот, даже зубами от страха клацает. Бледность, дрожь тела. Её лихорадит.

И от страха накатил ступор.

Бл*, этого не ожидал.

В душе злоба опять прокатывает, и уже красочно вижу, как расправлюсь с убл*. И Костыль ответит!

Неописуемо страшно убедиться в допущенном мною промахе, но глазами по телу девчонки прогуливаюсь, выискивая хоть намёк, что изнасилование было. Пальто нараспашку. Мокрое платье разорвано, видны царапины, но… трусики на месте, крови лишней нет.