Книга Одна из них, страница 77 – Катерина Ромм

Они договорились с Бимбикен – не без трогательного посредничества старушки Альфы, – что Кассандра может оставаться в лагере столько, сколько понадобится. При этом она не будет состоять в отряде Бимбикен и не станет вмешиваться и отвлекать ливьер от боевых задач. Это был болезненный компромисс для обеих: командир соглашалась терпеть в своём лагере инородное тело, а Кассандра должна была смириться с тем, что ливьеры не помогут искать Мари.

Глоток за глотком Кассандра опустошила чашку и свернулась на постели калачиком. Она задремала почти сразу же; в голове при этом была приятная пустота. Кассандра спала долго – на этот раз без снов, кошмаров и миражей.

γ

На третий день после того, как скончался Ос, Ремко не выдержал и отправился в библиотеку. Мелкий дождь зарядил и обещал идти всю неделю. Погода была под стать настроению Ремко – серо, промозгло, но надеешься, что скоро всё кончится и ты сможешь вдохнуть полной грудью. Подвал, превратившийся из больницы в организованное общежитие, больше не требовал ежедневного внимания и участия. Ткань на платья и прочие гостинцы семье были куплены. Даже лампочка в подъезде его дома горела – казалось, можно наконец с чувством выполненного долга ехать домой. Но вместо этого Ремко бродил под дождём и ломал голову, как подступиться к задаче, которую, словно эстафету, передал ему Ос.

Ремко спросил у Эрильена, что такое стихии, и мальчик поведал ему – по секрету, как страшную тайну! – о магистрах Флориендейла, управлявших воздухом, огнём, землёй и водой.

— Как же они проиграли вой ну, если были такие всемогущие? – спросил Ремко, отказываясь верить в волшебные сказки, а потом вспомнил жёсткое, отчаянное «Я предал их всех» – и замолчал.

Эрильен на мгновение даже оскорбился и ответил, что, когда плохие люди нападают на хороших, хорошие иногда проигрывают, потому что они слишком честные. Но это ничего, добавил мальчишка, потому что рано или поздно хорошие всё равно побеждают. Эрильен знал, что королева Флориендейла жива, хоть и в плену, и верил, что однажды она свергнет Роттера и они смогут снова жить как раньше. Ремко накануне прочитал в газете, что Эстель Амейн вышла замуж за надзирателя местной тюрьмы, но не стал отнимать мечту у мальчика, который в последнее время и так повидал слишком много горя.

Однако об Атласе Эрильен ничего не знал, а спросить у Дарины, Ивара или других взрослых, выросших во Флориендейле, Ремко не решился. Так он отправился в библиотеку, не имея понятия о том, что ищет.

По земным меркам здание алилутской библиотеки было не слишком большим; у себя на родине Ремко видел и более величественные строения. Зато архитектура, как и положено, поражала воображение чужестранца. Наверное, давным-давно библиотека располагалась в одном здании, к которому позже пристроили три других, совершенно отличных по стилю. Но, может, Ремко ошибался и так было задумано с самого начала. Перед библиотекой простиралась огромная голая площадь. Ей не хватало какого-нибудь живого элемента вроде аллеи или фонтана. Ремко пересёк площадь и коснулся рукой серо-голубых камней фасада.

Внутри было на удивление суетливо. Молодёжь бродила между столами, рекламными плакатами и стойками информации; просторный атриум увенчивал стеклянный купол, и дождь отбивал нехитрый ритм по давно утратившему прозрачность стеклу. Ремко сделал круг по залу, приметил вывески «Туалет», «Кафе», «Столовая» и даже знакомый логотип сети продовольственных магазинов – но никакого намёка на библиотеку.