Книга Приплывший дом, страница 86 – Снежана Каримова

— Я сама не интересовалась историей нашей семьи, – виновато пробормотала Дара. – Ты работала учителем, бабушка Галя воспитателем. Мне казалось, что все интересное происходит где-то в другом месте с другими людьми, в другом времени.

Дара хотела еще добавить, что никогда не подозревала, сколько великая тетя знает о таинственных существах: кикиморах, домовых, коргорушах, – хотя сама же в шутку называла ее шаманкой. Но промолчала, смутившись. Наверное, ведьминская кровь продолжает бежать по венам ее потомков, и тех тоже тянет к не объяснимым наукой вещам. Вот и Майя увлекается всем этим. А она?

— Но ты ведь не раздумала поступать на исторический? – озабоченно нахмурилась великая тетя.

Дара решила признаться:

— На самом деле все это время я сомневалась в правильности своего выбора. Мне иногда кажется… вернее, казалось, что я хочу посвятить жизнь чему-то бесполезному, декоративному. Лис вот – будущий инженер. Он будет заниматься серьезным и нужным, а я…

— А ты будешь хранить память о тех, кто этому важному и нужному посвятил или даже отдал жизнь, будешь хранить их победы. А еще трудности и поражения, чтобы другие люди тоже не забывали, учились и не наступали на те же грабли в будущем. Как говорится, мудрый учится на чужих ошибках.

Великая тетя кивнула на дорожку, по которой Анна Петровна вела Яну. Малышка бодро ковыляла, держась за руку бабушки.

— Прошлое поддерживает будущее.

— И каждый наш поступок влияет на историю. Несдержанное обещание может разрушить чью-то жизнь, – пробормотала Дара.

Обещание, данное кикиморе, продолжало ее тяготить.

— Смотри, кто к нам бежит!

По дорожке летела Майя в облаке легких распущенных волос.

— Будет просить заплести ее, – с притворным вздохом сказала Дара.

— Приходи пить чай и ни о чем не беспокойся. Все хорошо, – повторила великая тетя и двинулась к беседке.

Майя подбежала и плюхнулась на коврик.

— Заплетешь меня быстро? Там уже все собираются, а я еще лохматая!

Майя ненавидела ходить распущенной, говорила, что пряди лезут в глаза и рот, но при этом не соглашалась на короткую стрижку – какая ведьма добровольно расстанется с волосами?

Дара уже смирилась, что в отпуске заплетать сестру стало ее обязанностью.

— Две косички? – уточнила она, принимая расческу.

— Ага, – кивнула Майя.

Дара разделила на пробор волосы сестры. Светлые. Льняные. Интересно, порыжеют ли они со временем? Дара нахмурилась, пораженная догадкой. Она быстро заплела Майю и скомандовала:

— Повернись ко мне передом, а к лесу задом!

Майя, хихикая, развернулась лицом к сестре.

Дара подняла ее косы за светлые хвостики и загнула баранками. Майя улыбалась, предвкушая новую прическу. А Дара так и застыла. Вот почему Ива казалась ей такой знакомой. Майя. Они были очень похожи.

Дара снова вспомнила свое обещание. Собственные слова так четко звучали в голове, словно она повторяла вновь и вновь, заглядывая в болотные глаза Иванны: «Я тебя не брошу. Обещаю».

Великая тетя сказала, что это обещание не считается, ведь Дара думала, что дает его Иве, а не кикиморе. Но Дара не была в этом так уверена. Кому на самом деле она дала слово? На стоящей Иванне или той, которая, взяв ее за руку, показала Мологу, а потом оказалась кикиморой?

Дара отпустила косы сестры.

— Лент нет, а то можно было бы подвязать. Красиво бы получилось.