Книга Приплывший дом, страница 77 – Снежана Каримова

Чечевица, которая до этого выслеживала в кустах смородины ящерицу, подошла к коврику, легла рядом на траву и аккуратно потянула Яну за сползающий носочек, приглашая к игре. Великая тетя теребила куцый хвостик своей седой косы. Сегодня она не заколола ее привычно шпильками на макушке.

— Гостили в приплывшем доме? – повторила Дара.

Конечно, она осознавала, что не всегда приплывший дом был заброшен, но все равно слова великой тети прозвучали для нее так, словно та сказала, что ночевала в музее.

— Как-то дед Василий заболел, и его положили в больницу, – продолжила Александра Константиновна. – У нас с Галей были летние каникулы, и мы вызвались ехать к бабе Марье – помогать ей по дому и развлекать заодно. Случилось это происшествие в ночь на Ивана Купалу.

Дара поняла, что сейчас начнется самое интересное.

Наконец-то великая тетя решила довериться ей.

Рыбинск, 1968 год

Девушки сидели за столом и пили молоко с баранками.

— А сегодня ведь праздник, этот, как его, Иван Купала, – вспомнила Галя, подбирая пальцем осыпавшиеся на клеенку маковые зернышки.

— Гадать же нужно! – спохватилась Александра. – Наташа одолжила тетрадку!

Баба Марья, сухонькая старушка, сидевшая в кресле с вязанием, осуждающе поглядела на дочек приемного сына.

— Не надо связываться с нечистой силой. Это только кажется, что веселье, а на самом деле грех большой. Зачем духов тревожить?

— Да ладно тебе, баб Марья, – фыркнула Галя, откидывая рыжие волосы, чтобы не лезли в молоко. – Мы на воске погадаем, как на Святки. Даже не знаю, гадают ли так в другое время, кроме зимы. Поэтому понарошку получится. Просто забава.

Она подмигнула младшей сестре. Да, на воске гадали в Святки, но Александра верила, что эта летняя ночь тоже обладала волшебной силой. Галя, словно подхватив ее мысли, добавила:

— Тем более ты же не отпустишь нас на речку купаться? И цветок папоротника в полночь искать тоже не разрешишь.

— Конечно, нет! – возмутилась баба Марья. – Принесете мне потом в подоле цветок папоротника. Что я вашему отцу скажу?

Девушки захихикали.

— Дети – цветы жизни, – добавила Галя. – Ладно, Саш, тащи тазик. Бабуль, где у тебя свечки припрятаны? Знаю, что есть, на случай отключения электричества.

— В шкафчике глянь, в комнате который, – сдалась баба Марья, но перекрестилась и что-то пошептала себе под нос.

— И косу, Саш, распусти, говорят, ведьмовство не терпит на волосах узлов, – поучала Галя.

Александра поставила таз на старенькую табуретку и налила пару ковшиков воды из ведра. Галя зажгла несколько добытых из шкафа свечей.

Баба Марья отвлеклась от вязанья и глядела на суетящихся внучек.

— Обед бы с такой прытью стряпали да полы намывали, – пробурчала она.

— Бабуль, хватит брюзжать, – ответила Галя. – Какая же ты все-таки ворчунья!

— Уберег меня Бог от девок, зато Костику дал сразу двух, – съехидничала баба Марья.

— А потому что мы не твоего поля ягоды, – не осталась в долгу Галя, но тут же осеклась.

Александра осуждающе посмотрела на сестру. Старшая, а языком мелет, не думая. К старости баба Марья все чаще вспоминала родных умерших сыновей, а когда деда Васю забрали в больницу, так и совсем расклеилась. И вот приехали внучки ее развлекать, а сами только на грустные думы наводят.

Обиженная баба Марья снова уткнулась в вязание. Галя виновато посмотрела на нее, потом перевела взгляд на Александру и пожала плечами: мол, она первая начала. Александра вздохнула и укоризненно покачала головой.