Книга Приплывший дом, страница 68 – Снежана Каримова

— Я хочу остаться с тобой! Я тебя не брошу! Обещаю! – твердо сказала Дара и взяла Иву за руки. Ладони домани были холодными и шершавыми, как крупный речной песок.

Неожиданно Даре стало легко и весело. Она засмеялась, сама не зная чему.

— Я теперь что-то вроде чертика в бутылке? – Дара посмотрела на осколки стекла под ногами. – Домовой? Мы обе домани?

— Я доманя, – кивнула Ива, высвобождая ладони из рук Дары. – А ты нет. Ты – коргоруша.

— Что? – не поняла Дара.

Коргоруша? Но это ведь кошка?

Дара посмотрела в ту сторону куда удалился рыжий зверек.

Коргоруша остановилась на полпути и повернула к ним усатую мордочку, словно не собиралась надолго задерживаться, но хотела посмотреть на развязку.

Иванна подобрала осколок графина, похожий на острую льдинку. Теперь она сама взяла Дару за руку, раскрыла ее ладонь и вдруг с силой провела по ней стеклом, перерезая линию жизни.

Дара запоздало подумала, что сейчас будет больно. Но нет. Слегка защипало только, словно с кожи сорвали пластырь.

На ладони заалела кровь, но не потекла по руке, а превратилась в розовый туман, словно Дара держала дымовую шашку.

Ива соединила ладони лодочкой и зачерпнула окрашенный воздух… или воду? Она поднесла его к глазам, а потом перевела изумленный взгляд на Дару.

— Как… – растерянно пробормотала доманя.

А потом брезгливо встряхнула руками и вытерла ладони о платье.

Дара виновато сжала кулак, но потом вспомнила, что поранила ее именно Ива. Почему же теперь она недовольна?

А доманя неприязненно скривилась.

— Значит, ты отыскала графин? – спросила она.

— Какой графин? – растерялась Дара.

Она безуспешно пыталась собраться с мыслями.

Ива через плечо бросила взгляд на Коргорушу. Кошка передумала уходить и даже вроде бы сделала шаг обратно.

Доманя резко повернулась к Даре и стала развязывать платок. Дара равнодушно наблюдала, как Ива дергает туго затянувшийся узел.

— Я утону? – спросила она.

Невидимая вода уже холодила язык. Но Дара не испугалась. Почему-то казалось, что, даже если она снова станет захлебываться, ей не будет страшно. Возможно, потому что теперь платок она не теряла, его снимала сама Иванна.

Доманя продолжала сражаться с узлом. За эту ночь Дара часто дергала его, проверяла, боясь, что развяжется, и затянула на совесть. До нее наконец дошел смысл вопроса.

— Графин? Я его не находила! Графин принадлежал Олесе – подружке моего брата! Я вызвалась его отнести, потому что сидела с краю. Вот и всё!

Неожиданно Даре стало обидно. Опять эта Ольховая Шишка! Достанет даже на дне моря!

Кровь из зажатой ладони Дары превращалась в розовый свет, словно она прятала в кулаке диковинного светлячка.

Рыжая кошка заволновалась, закрутила головой, а потом вдруг высоко подпрыгнула и поплыла к девочкам, быстро перебирая лапками.

Ива зло покосилась на Коргорушу. Но в этот момент узел поддался, и доманя сдернула с Дары платок.

— Наконец-то! – ликующе выдохнула она.

Невидимая вода обрушилась на Дару, сжала ее в ледяных объятиях. Больше не было никакого города, только тяжелая всепоглощающая водная масса.

Коргоруша с удивительной для кошки силой толкнула Иванну в спину и доманя упала. Очки Дары выпали из ее кармана.

Вместе с водой на Дару нахлынул и панический страх. С чего это она решила, что Молога приняла ее, что все будет хорошо? Привыкла за одну ночь слепо доверять Иве! Теперь Дара снова захлебывалась. Она подпрыгнула и попыталась плыть вверх, в небо, но у нее не получалось. А вода убивала ее. Море не собиралось быть добрым к глупой сухопутной девчонке.