Книга По ту сторону бездны, страница 8 – Татьяна Лакизюк

Александрит растерянно свернул свиток и еще раз обвел взглядом собравшихся.

— Далее идут пояснения для нас, что нужно подготовить: трибуны, сцена и так далее… – он замолчал, собираясь с мыслями. – Ну что же. Мы знаем, что Эссантия справедлива. И правда, почему наши претенденты, получив кольцо, лишились возможности участвовать в поединках? Поэтому… Что стоим? Готовимся, готовимся! – воскликнул он. – У вас всего два дня!

Ответом ему была тишина. Девять претендентов смотрели на него и, кажется, даже забыли о том, что нужно дышать.

— Ну! – прикрикнул на них Гелиодор. – Вы еще здесь? Шагом марш готовиться. Времени в обрез, угли мне в печенку!

Бывшие выпускники, а ныне уже взрослые и самостоятельные люди совсем по-детски зачесали затылки и начали растерянно расходиться.

— Ура! – вдруг раздался вопль.

Все оглянулись и увидели забравшихся на подоконник Пиритти с Пироппо.

— Через два дня начнутся поединки! – прокричали те людям, толпившимся у дворца.

— Ура! – донеслось снаружи.

Весть о возобновлении поединков понеслась по Драгомиру и вскоре достигла даже самых укромных уголков.

* * *

Никто из собравшихся не увидел, как из-под крышки шкатулки выскользнул едва заметный черный завиток, не толще волоса, и сразу же юркнул в густую тень на полу Прижимаясь к стене, он быстро долетел до окна и, улучив момент, скользнул наружу Смешавшись с тенью кустов, он миновал сад и, немного покрутившись в воздухе, храбро ринулся вниз, спрыгнув прямо с гигантских ладоней в пропасть. Долетев до бездны, завиток легко ввинтился в белоснежную дымку, пройдя через нее, как нож сквозь масло, ушел на глубину и бесследно пропал. Безмятежный густой туман, столько лет охранявший бездну, даже не шелохнулся. Ничто не нарушило тишину, стоявшую вокруг.

Тем временем наверху, во дворце, Пиритти и Пироппо продолжали горланить, не обращая внимания на Аметрина, который остолбенел от их выходки. Шутка ли – ворваться на совет. И как! Через окно… Младшие братья, в отличие от него самого, уже оправились от пережитого и вернулись к проделкам.

Сейчас они спрыгнули с подоконника, налетели на Аметрина и, обняв его, радостно заколотили руками по спине. Юноша стряхнул их с себя и, ухватив обоих за шиворот, уже собрался сделать им внушение, как вмешался Гелиодор.

— Аметрин! – воскликнул он. – Не ругай их. Они получили разрешение на… кхм-кхм… подслушивание. Я сам им разрешил с утра. Так что все честно.

Аметрин отпустил братьев и по-военному вытянулся перед Гелиодором.

— Господин главнокомандующий, разрешите обратиться, – чеканя каждое слово, сказал он.

— Говори, – добродушно разрешил Гелиодор, с любовью поглядывая на двух рыжих мальчуганов.

Вырвавшись из сильных рук брата, они сделали несколько акробатических трюков, напугав стайку воздушных девушек, и побежали на улицу, продолжая испускать радостные вопли.

— Я не могу принимать участие в поединках, – твердо сказал Аметрин.

В глазах Луны разлилось отчаяние.

— Что значит – не можешь? – опешил Гелиодор.

— Ну как же, – заторопился Аметрин. – Я должен охранять Луну.

— Э-э-э… – пробасил Гелиодор, кинув взгляд на Луну, которая за спиной Аметрина разыграла целую пантомиму.

Сначала она молитвенно сложила руки, затем показала на Аметрина, на себя и страдальчески закатила глаза.