Книга Големикон, страница 76 – Денис Лукьянов

Еще раз проверил бархатную коробочку, слишком изящную для своего нынешнего содержимого, в таких часто хранят украшения. Все было на месте, в кармане.

Альвио посмотрел в окно – мелкие капли дождя миниатюрными, лишенными сострадания гонгами били о стекло.

Эта мелодия, вкупе с ожиданием, сводила с ума.

Фюззель Испражненц закипал второй раз за день, вне себя от ярости – абсолютный личный рекорд. Точнее, не совсем так: сначала все было тихо-мирно-спокойно и даже радостно. Покинувший «Ноги из глины» Испражненц, радостно свистя, отошел на безопасное расстояние и приготовился наблюдать, как черный дым застилает небо, а ненавистный кабак погибает, безмолвно крича рыжим пламенем. И дым действительно начал подниматься, разросся, а здание, того и гляди, должно было обратиться углями. Огонь стал виден даже в окнах. Но потом набежали люди – глупые, глупые люди, – с кувшинами, ведрами, затушили пожар, дым сошел на нет. Враг оказался сильно поврежден, но не повержен.

Испраженц же хотел смерти «Ног из глины».

Сначала, гоня дурные мысли и пытаясь успокоить себя, Фюззель думал, что нужно просто еще немного подождать, вдруг шальная искра разожжет пожар еще раз, и «Ноги из глины» как следуют разгорятся. Он ведь зажигал проклятущее магическое пламя, его просто так не затушить… Но когда в воображении все уже должно было объять обжигающим пламенем ненависти во второй раз, ломая надежды набежавшей толпы, на деле не происходило ничего, и почерневший кабак непоколебимо стоял на месте.

Вот тогда-то хозяин «Рваных крыльев дракона» так разругался, что прохожие начали обходить его стороной до самого дома, ведь Фюззель продолжал шептать под нос проклятья. План – уже третий план! – опять провалился, и опять, конечно, не по его вине: в порыве гнева Испражненц валил все на треклятых сотрудников, всех подряд, а не только прозябающих в погребе-подвале. Этих неумех, руки которых растут откуда угодно, но только не из плеч… но потом Фюззель успокоился. Все же, тут виноваты не они, нет, но и ни в коем случае не он! Наверняка это Альиво, испортивший планы еще с утра, а теперь…

Нужно было действовать. Фюззелю надоели эти бесполезные попытки, но на радикальные меры он боялся решится, ставки – чересчур высоки, решения – чересчур ответственны, но теперь, теперь…

Теперь делать оставалось нечего – тем более, двумя големами он уже пожертвовал, пора им и принести пользу.

Прежде всего он спустился в подвал. Метеором влетел туда, заорал:

— Идиоты! Пакуйте вещи, мы едем в горы. Я – ближайшим поездом, вы – следующим. Для подстраховки… Похоже, там задержалась проклятая Прасфора – отыщите ее, может быть, я очень сильно подумаю, получите бонус к вашим жалким философам. А я… займусь куда более важным делом. Сначала сломать морально, потом – добить окончательно. Надеюсь, до вас, идиотов, смысл этих слов дойдет. Заодно и проверим, действительно ли два дебила – это сила. Когда вас было трое, мощь вы не особо напоминали.

Собравшись, Испражненц, прикрывая голову плащом от моросящего дождя, добежал до вокзала, ворча на погоду, сел на поезд, плюхнулся в кресло и, сморщившись, посмотрел в окно: сначала на будто бы картонные домики, а потом – на далекие горы.

Да, теперь остается только один вариант – ехать прямо к Кэйзеру и умолять, заодно – было бы просто прекрасно! – сломить Кельша, найдя Прасфору. А после… стать частью нечто большего, отдаться нестабильному течению слухов, идущему рябью по реальности. Но зато…