Книга Големикон, страница 61 – Денис Лукьянов

Альиво на голову свалилось уже несколько багряных листов, но драконолог даже не хотел тратить лишних сил, чтобы их смахивать. Черепичные крыши ползли мимо с привычной скоростью, но в голове Альвио они казались немного не такими, как обычно. Чутка… эээ… раздвоенными.

— Во дела, – подумал драконолог. Обычно ноги шли по городу на автомате, но сейчас приходилось задумываться, куда повернуть, чтобы прийти к «Ногам из глины». – Так, понятно все. Сначала – крепкий чай, потом – все остальное.

Альвио догадывался, что это обещание перед самим собой он точно не выполнит.

Он повернул, выходя на другую улицу. Кто-то шмыгнул за ним. Драконолог ничего не заметил – шел, видя исключительно цель.

Ему захотелось проверить, как идут дела в «Ногах из глины» (он знал, что хорошо), а заодно узнать, вернулась ли Прасфора (он знал, что еще нет), ну и до кучи рассказать Кельшу о беспокойных мыслях (он знал, что тот мыслит так же). Альвио понадобилась все это знать. Просто потому, что обратное означало бы «не делать ничего».

А не делать ничего – значит, винить себя за возможные последствия.

Драконолог решил срезать дворами, привычно тихими для этого времени суток. Даже дома, казалось, дремали. Альвио расслабился еще больше, даже не заметив чужих шагов – списал их на свои.

Обернулся драконолог только когда его постучали по плечу – и тут же отлетел к стене, получив кулаком в глаз. Очки слетели с носа на брусчатку, но хоть не разбились. Драконолог, даже не успевший ничего сообразить, получил еще один удар. Сзади его схватили под руки, а чьи-то еще руки – их что, выходит, трое? – стянули шарф и кинули в сторону.

— Ну привет, – улыбнулся тот, что ударил первым – с щетиной недельной давности, которая никак не становилась бородой. – Отличное утречко, да?

— Какой нестабильности вы…

Он ударил еще раз – на этот раз в живот.

— А вот сейчас говорю я. Знаешь, очень нехорошо переходить дорогу большим людям – у них большой не только карман, но и память. Понимаешь?

Альвио молчал.

— Ну вот и славно. Мы тебя тут слегка изобьем, а ты не дергайся, ладно? Жить будешь, не дрейфь.

Щетинистый кивнул. Тот, кто держал драконолога, схватил его еще крепче. Удар, второй, третий – Альиво закашлялся и повалился на землю, нащупывая очки.

— Ну вот и замечательно, – буркнул щетинистый. – Счастливо оставаться.

— Не-не, стойте, – вдруг сказал третий, тот, что стянул шарф. – Сейчас мы этой птичке слегка подпалим перышки…

— Не понял?

Третий ухмыльнулся и достал из внутреннего кармана потертого пиджачка красноватую карамель на палочке. Она недобро моргала кровавым в лучах утреннего света.

— Так, стоп, – поднял руку щетинистый. – Этого нас не просили делать. И ты… Ты что, стащил карамель?!

— Одолжил, – поправил тот. – Да я легонько…

— Слушай, – подключился до этого молчавший – низенький и крепкий, тот, что держал Альиво под руки. – Ты что, газеты не читаешь? Эта хреновина…

И он все равно лизнул карамель несколько раз. Потом поцокал

— Клубничная, – объявил он.

Закрыл глаза, напрягся – на лбу аж венки проступили – и тут в руке его возник сгусток красного пламени, огненный шар. Мужчина открыл глаза и заулыбался.

Альвио смутно различал, что происходит, но карамель в руках увидел. Подумал только: «Дурак», но глаз закрывать не стал.