Книга Верхний мир. Книга 1. Дети Кроноса, страница 62 – Вика Маликова

— Мальчики, это Оленька, то есть Ольга Леонидовна.

Старуха, несмотря на допотопное меховое пальто и шерстяной палантин, тряслась от холода. Глазки, узкие и слезливые, колюче глядели на парней. Она попыталась что-то произнести, но закашлялась неприятным отхаркивающим звуком. Эта пытка продолжалась несколько минут, и Жене на мгновение показалось, что Ольга Леонидовна сейчас умрет.

— Вы про похищение девочки хотите узнать? – наконец спросила она. – Это был иноморф. Без всяких сомнений, потому что я его лично видела.

Наступила долгая неловкая пауза. Мысли в голове Жени разбежались испуганными тараканами.

Как иноморф?

— Но почему вы не сказали об этом монстрологам или следователю еще тогда? – Михей спохватился первым.

— А меня не спрашивали! – рявкнула Ольга Леонидовна. – А если не спрашивают, то я не лезу со своими предположениями.

— Оленька, но ты же вчера сама… – пискнула Вера Алексеевна, но подруга быстро закрыла ей рот.

— Молчи, Вера! Не с тобой разговаривают! Это был Железный человек. Ростом метра два с половиной, лысый, кости и сухожилия словно наверху тела и железные. Набедренная повязка еще была, изорванная и ветхая. Я видела, как он шел по улице в Зеленовце той ночью.

Михей и Женя ошарашенно переглянулись.

— Чего вылупились? Я, может, и старая, но не сумасшедшая. Хорошо помню ту апрельскую ночь. Я встала попить, а окно кухни как раз на улицу выходило. Шел он себе неторопливо, тяжело так ступал.

— И вы не позвонили в ОКДИ?! – воскликнул Михей.

— Так я думала, что это сон. К тому же Железный человек на болотах живет. Что ему рядом со столицей делать? Это уже утром стало известно, что девочка исчезла. Окно в их комнату было открыто, а иноморфу что? Руку протянул и – хвать!

— И вы все равно не позвонили в ОКДИ? – одновременно спросили Михей и Женя.

— Чего вы попугайничаете? – вспылила Ольга Леонидовна. – А следов-то никаких монстрологи не нашли! Что мне было объяснять? Ну, видела. А улик нет! Не знаю, как Железному человеку это удалось, но он точно был в Зеленовце. Иначе откуда мне знать, как он выглядел?

— Так в учебниках и справочниках полно иллюстраций, – отозвался Михей.

— Мне некогда было читать справочники. Я тридцать лет на консервном заводе отпахала. Копейки зарабатывала, а как немощной стала, дети меня в эту богадельню сдали. – Ольга Леонидовна кивнула на двухэтажное здание грязно-персикового цвета.

— А сейчас почему решили рассказать? – задал резонный вопрос Женя.

— Так Вера заставила! Дескать, мальчики и девчонка-индейка рыскают и вынюхивают!

Вера Алексеевна не знала, куда себя деть из-за грубости своей подруги. Она то бледнела, то краснела.

— Индианка, – промямлила она. – Ладно, ребята, мы пойдем внутрь. Что-то холодно стало.

И они заковыляли по усыпанной мокрой листвой тропинке.

— Врет, – тяжело выдохнул Женя, выходя из беседки.

— Угу.

— На консервном заводе она пахала! Не на том ли, где Василий Энгель был директором? И дело даже не в том, что она перепутала месяц похищения. Апрель и май близко, тем более прошло больше двадцати лет. Почему она решила заговорить именно сейчас?

Михей хмыкнул:

— Ты же сам ляпнул Энгелю, что посещал дом престарелых, вот он и решил подстраховаться. Путает следы. Хм, такие игры у взрослых. Железный человек рядом с Минском? Маловероятно.