Книга Наличники, страница 74 – Юлия Шляпникова

Говорили, тут тоже живет призрак, но перебивать историю Ани Руслан не захотел.

— А потом мне встретился гимназист. Он как раз вышел из стены, когда я подходила к лестнице. Тогда бабушка запрещала мне разговаривать с призраками – боялась, что кто-то попытается навредить мне. И не факт, что это будет сам дух.

— Ты испугалась? – поинтересовался Руслан.

— Не помню. Наверно нет, ведь я к ним уже привыкла и старалась не замечать, как говорила бабушка.

— Ты до сих пор прислушиваешься к ее словам?

— А ты? – резковато парировала Аня и тут же стушевалась. – Прости. С нашими бабушками сложно было спорить.

Руслан кивнул.

— Ну, теперь-то мы можем начать думать своей головой, – добавил он, улыбаясь.

— Гарри, тебе же запрещено пользоваться магией вне Хогвартса! – притворно испугалась Аня, и Руслан рассмеялся в голос.

— А чем закончилась та история с гимназистом? – спустя еще квартал спросил он. Снег пошел сильнее, и прохожие торопились спрятаться в кафе или на остановке.

— Он ушел, когда я училась в пятом классе. Спас младшеклассницу от падения с той же самой лестницы и, видимо, решил, что теперь свободен. Это был первый случай на моей памяти, когда призрак решил уйти сам, не дожидаясь разрешения от того, ради кого тут оставался.

У часов – места, где встречались все парочки, – они разошлись в разные стороны. Аня заторопилась на автобус, который отходил от торгового центра на той стороне улицы. Обернувшись ей вслед, Руслан подумал, что ему и правда стоит меньше слушать бабушкин голос в голове. Как минимум в одном она ошибалась: Аня не была из тех девушек, что приносят беду.

Скорее, она приносила с собой свет. И немного сомнений.

Уже выезжая из города, Аня получила сообщение. Пришлось разблокировать телефон, потому что еще во времена отношений с Денисом она убрала всплывающие уведомления. В самом начале он ревновал ее к каждому столбу.

«Я рад, что мы встретились и поговорили», – написал Руслан. А потом прислал стикер все с той же рыбкой. Видимо, это был его любимый набор.

«Я тоже», – ответила Аня и улыбнулась. В этот раз она совсем не врала, особенно самой себе.

Очередное морозное февральское утро началось с лучей солнца, слишком ярко светившего в окна квартиры. Потом раздался треск, и сосулька, свисавшая с карниза этажом выше, отвалилась и с грохотом упала, задев карниз Аниного окна.

В довершение всего Карамелька, неистово радовавшаяся приходу солнечных дней, уронила с подоконника горшок с мятой, и он, конечно же, разбился вдребезги.

Аня подскочила на кровати и воскликнула:

— Даже в отпуске не дадут поспать!

Как хорошо, что она про него вообще вспомнила и оформила побыстрее, чтобы дописать роман. Было готово почти все, кроме самой важной части – финала. Над ним-то Аня и корпела днями и ночами.

Собрав осколки и землю и реанимировав несчастную мяту, наскоро подселив ее к лимоннику в соседнем горшке, Аня направилась на кухню – варить себе кофе и кормить неугомонную кошку, которая вертелась вокруг нее всю дорогу. Споткнувшись об ее хвост, она не удержалась и накричала на Карамельку. Та обиженно уткнулась в миску, хрустя кормом.

Но Ане совсем не хотелось еще раз засесть дома с больной или даже загипсованной ногой. Время и так уходило на всякие заботы, а сроки не ждали. Нога тут же слегка заныла, стоило вспомнить о лангетке и январских праздниках.