Книга Ниенна. Благословленная Смертью, страница 243 – Наталья Русинова

Но тоска буравила грудь весь день. А к вечеру только усилилась. Ниенна брела с ужина, не поднимая глаз, и едва не столкнулась в коридоре с деканом Левией. Успела резко затормозить, увидев прямо перед глазами подозрительно знакомый букетик лилий.

— Красиво, правда? — кокетливо шепнула целительница, поправляя его на груди, словно диковинную брошь. — Это мне тот приятный юноша передал, в знак благодарности за вылеченного брата. До чего же талантливый мастер! Представляю, как повезет его жене. Никогда гроши считать не будет и штопать по десятку раз старые носки — тоже.

В горле у Ниенны мигом зашевелился колючий комок, всегда появлявшийся во время сильных переживаний.

— Он приходил сюда?

— Конечно! — даже удивилась вопросу Левия. — Почти каждый день заходит. То сам сестренку навестит, сластей ей из булочной Ганса передаст, то она к нему бегает… Радостно видеть настолько теплые отношения между братом и сестрой, не находишь?

Некромансерка нашла в себе силы лишь кивнуть в ответ. А затем — дойти до поворота в башню и побежать наверх так быстро, что в боку вмиг закололо.

В свою комнатку с окнами во двор академии она уже ввалилась неуклюжим мешком, задыхаясь от плача.

Поведение Ингвара выглядело совершенно логичным только в одном случае — Ниенна ему больше не нужна. Да, некромансерка допускала и такой вариант развития событий. Она ведь не писаная красавица типа Азали, куда ей? Спасибо и на том, что вернул здоровье. Теперь можно колдовать в полную силу, а затем, весной, снова отправляться в путешествие в компании верной подруги. Нашли одного потомка драконьего пламени, найдут и другого.

Но сейчас ничего не имело значения. Ни успешно сданная практика, ни новые поиски, ни предстоящие праздники. В сегодняшней реальности была только боль, да такая, что грудь словно сковало льдом.

Она едва доползла до кровати, где проплакала всю ночь, не раздеваясь.

А утром не смогла встать.

Там ее и нашла Герда, заявившаяся после завтрака. Валькирия явно пришла с мороза: волосы чуть встрепаны, щеки румяные, глаза улыбаются. В ручищах — огромная розовая коробка и солидных размеров кошелек.

— Держи, — и кошелек зазвенел, прокатываясь по постели. — Твоя половина гонорара за упырей в кунсткамере. Жулики, одно слово! Через три недели после нашего возвращения заплатили! Гулиуса фремитуса, небось, в первый же день выставили в зал, как башку получили…

Ниенна только всхлипнула в ответ. Зачем ей теперь деньги? Зачем это все?

— Не поняла? — изумилась Герда, отдергивая шторы на окнах и плюхаясь рядом в кресло. — Ты чего ревешь? Не рада мне, что ли?

— Рада, — бесцветным голосом ответила Ниенна. Нет, некромансерка и вправду была счастлива видеть подругу веселой и довольной жизнью. Просто эта радость меркла перед кручиной, что навалилась на тело похлеще каменной глыбы.

— Тааааак, — нехорошо протянула Герда. — Ничего не хочешь рассказать?

Некромансерка торопливо помотала головой, и зря — слезы тут же потекли снова.

— Ладно, — хмыкнула валькирия. — Тогда я кое-что расскажу. А то не знала, как и подступиться, а тут сами Стихии велели. Сегодня у лавок с дамскими нарядами меня вдруг прямо на улице тормознул старый Магни, что как раз искал подарок жене к Ночи явления. И задал весьма странный вопрос. До каких пор, спросил, Беляночка намерена морочить голову одному из моих лучших мастеров?