Книга Отвергнутая, страница 82 – Екатерина Шитова

Шура изучающе посмотрела на Ираиду, вздохнула шумно и горестно.

— Я же знаю, ты всё ещё любишь его, – вкрадчивым голосом снова начала Ираида.

— Нет, нет и ещё раз нет! – обиженно воскликнула Шура и насупилась. – Не стану я снова перед ним унижаться и перед людьми позориться.

— Милая моя, он к тебе сам придёт. На коленях приползёт! – не унималась Ираида, теребя кончики своего цветастого платка.

— Пусть ползёт. Я прогоню его взашей. Даже не посмотрю в его сторону! – ответила Шура резко и холодно.

Она встала и пошла работать дальше. Платок упал с её колен на землю, но взволнованная девушка этого не заметила.

Ираида быстро схватила платок и спрятала его за пазуху. Потом оглянулась по сторонам, поправила платье и, как ни в чём не бывало, пошла со двора. А вечером она нашептала на Шурин платок приворот, который ей подсказала Игнатиха, и положила платок под кровать Прохора.

— Не для того я тебя рожала, Проша, чтобы при своей жизни хоронить! Посмотрим теперь, как утопленница твоя будет локти свои гнилые кусать, – тихо сказала женщина, а потом пошла на кухню готовить мужчинам ужин.

* * *

Несколько дней Ираида жила, словно в страшном бреду: ночью ей было не до сна, утопленница приходила к их дому и бродила вокруг, звала Прохора до самого утра. Каждый раз Ираида стояла около окна, дрожала от страха в темноте и молилась, чтобы нечисть не проникла в дом.

Прохор же спокойно спал под действием трав, которые мать по-прежнему подмешивала ему в питье. От этих заговорённых трав он, как обещала Игнатиха, стал спокойным и сговорчивым. О Василине больше не спрашивал, как будто напрочь забыл о ней. И вот однажды Ираида решилась поговорить с ним насчёт женитьбы.

— Шура-то тебя по-прежнему любит, сынок. Ты бы сходил к ней вечером, извинился, – тихо сказала она, – вдруг бы получилось у вас что.

— Хорошо, схожу, – спокойно ответил Прохор и посмотрел на мать безразличным взглядом.

— Сходи-сходи, сын! – сразу же встрепенулся Фёдор, до последнего не веривший в то, что задумка жены исполнится. – Насчёт родителей её не волнуйся, я с ними сам переговорю. Думаю, они на тебя зла уже не держат. К Шурке всё равно никто больше не сватается.

* * *

Спустя месяц Прохор ждал Шуру на вечёрке, ходил взад и вперёд в стороне от пляшущих парней и девок. Когда он пришёл к ней тогда по наказу матери с извинениями и корзинкой яблочных пирогов, бывшая невеста поломалась-поломалась, да и сдалась, простила Прохору всё его былые прегрешения. Они прогулялись за деревней вдвоём, а потом долго сидели в поле за высоким стогом сена.

— Говорят, одиноко тебе после смерти Василины, в себя прийти не можешь, – тихо сказала Шура, склонив, как раньше, черноволосую голову Прохору на грудь.

— Да, но рядом с тобой получше, – без особых эмоций отозвался Прохор.

Он послушно сделал всё так, как велела мать, и теперь чувствовал, как будто ему и правда стало хорошо и спокойно рядом с Шурой. Вот только любви не было. Он убрал за спину тёмные косы, прильнул к мягкой, пышной груди девушки, обхватил её широкую талию и поцеловал в губы. Но ничего не дрогнуло, даже не встрепенулось у него внутри от этого поцелуя. Он не любил Шуру, но мать сказала, что без жены ему не выжить. Значит, он на ней женится. Шура, так Шура. Какая разница, какая жена?