Книга Черная рябь, страница 84 – Екатерина Шитова

* * *

Упыриха вернулась в избушку только под утро. Чёрная коса была распущена, волосы свисали волнистыми прядями до талии. Щёки её раскраснелись, глаза блестели. Матрёна наблюдала за ней сквозь приоткрытые веки, лёжа на своей лавке в углу. Упыриха проверила, спят ли мальчики, и только после этого подошла к Матрёне.

— Почему же ты не погубила его? – хрипло спросила Матрёна, не глядя на Упыриху.

Она не могла видеть своё собственное, такое румяное и счастливое лицо. Это была уже не она, она теперь – дряхлая, выжившая из ума старуха. Упыриха же, молодая и счастливая, смотрела на неё и молчала.

— Почему? – снова спросила Матрёна, её хриплый голос прозвучал громче и настойчивее.

Счастливая улыбка сошла с лица Упырихи. Она нахмурилась и проговорила:

— Я не смогу погубить его, Матрёна. Я солгала тебе.

Ни один мускул не дрогнул на старом, морщинистом лице Матрёны. Она не боялась услышать правду. Ведь она и так её уже знала…

— Молчишь? Ненавидишь меня? – тихо спросила Упыриха.

Матрёна даже не шевельнулась, лежала на лавке, уткнувшись сморщенным лицом в стену. Её жизнь была кончена, она больше не могла бороться ни с Кощеем, ни с ведьмой, у которой сейчас было всё: и сила, и Матрёнина молодость. У нее же самой не осталось ничего, совсем скоро дряхлое тело, в которое её заточили обманом, испустит последний вздох, и она умрёт. Возможно, это случится уже сегодня или завтра – ей было всё равно.

Упыриха взяла гребень и принялась расчёсывать длинные чёрные волосы. Движения её были спокойные и размеренные. Расчесавшись, она заплела косу и вновь повернулась к Матрёне.

— Что ж, ненависть твоя мне понятна. Я поступила подло, обманула тебя. Но как женщина ты должна меня понять. Ты ведь тоже крепко любила, Матрёна…

Упыриха помолчала, теребя в руках тёмный платок, а потом повернулась к окну, из которого в избушку лился первый утренний свет – бледный, синевато-оранжевый. Ведьма заговорила, и голос её в тишине спящей избушки зазвучал тихо и проникновенно. Каждое слово, вылетавшее из её уст, было наполнено сильным, искренним чувством.

— Помнишь, я рассказывала тебе свою историю? Я рассказала тебе тогда не всё. Далеко не всё! Когда мамке твоей было шестнадцать лет, я, прожившая долгие годы в одиночестве, вновь встретила Якова. Теперь мне не стыдно признаться, что я была влюблена в него с тех самых времён, как он спас меня, вывел тайно из деревни. Так вот, спустя много лет, он вновь пришёл ко мне просить помощи – хотел, чтобы я начитала на него заговор для привлечения богатства. И я заговорила его, но попросила кое-что взамен. В то время он был ещё не женат, взгляд его был тёмен и полон страсти, и я совсем потеряла голову от любви, повисла у него на шее, как молоденькая дурочка, упросила его остаться со мной.

И он остался, и поначалу даже любил меня. По крайней мере, так мне хотелось думать. Какое-то время он жил со мной в лесу, в этой самой избушке. Но вскоре я почувствовала, что его страсть ко мне остыла, он стал сторониться меня. Я старалась угодить ему, ластилась и так и эдак – всё было без толку. Якова будто подменили, он переменился ко мне, стал холоден и безразличен. А потом случилось ужасное – то, после чего всё полетело кувырком. Бывают в жизни такие моменты, которые режут её пополам, делят её на «до» и «после». Вот и с нами это произошло.