Онлайн книга «Кликуша»
|
— Тьфу на нее, противную старуху. Ей бы лишь брюхо ненасытное набить! А помощи никакой! Зоя негодующе всплеснула руками и обняла дочь. — Поговори с Алексеем, поди он поймет все. Припадок начнётся, он и поможет, свяжет тебя веревками, чтоб кликуша вреда никому не нанесла. Что поделать, доченька? Так и придется вам жить. — Нет, – упрямо сказала Прасковья и отвернулась от матери. — Ну нет, так нет. Тебе виднее, Прося, – тихо проговорила мать, а сама отвела глаза в сторону, и щеки ее покрылись румянцем. «Раз ты не можешь, я сама ему все расскажу. Муж он, или кто? Пусть помогает! Выхода у нас все равно больше нету…» – решила Зоя. * * * Следующим вечером Прасковья, возвращаясь домой, увидела на дороге Алексея. Он стоял и пристально смотрел на нее, лицо его было суровым. Таким суровым Прасковья его никогда раньше не видела. Сердце тревожно забилось в груди. Может, с Феденькой что-то приключилось? Она остановилась рядом с ним и спросила: — Почему ты встречаешь меня здесь, Алеша? Почему не ждешь, как обычно, дома? Что случилось? Алексей молчал с минуту, и Прасковья видела, как под его смуглой кожей нервно двигаются желваки. — Ты почему мне не сказала про то, что в монастыре из тебя беса не смогли прогнать? – рявкнул Алексей. Прасковья вздрогнула от неожиданности, сделала несколько шагов назад, но бежать было некуда. Она виновато опустила голову и тихо ответила: — Я сама это лишь недавно поняла, Алеша. — Матери успела сказать, а мне – нет? – закричал он, – Мы с тобой спим в одной постели, Прасковья! Могу я знать, что сплю рядом с кликушей? Ты лгунья! Ты мне с самого начала лгала! — Не кричи, пожалуйста, Алеша, – испуганно прошептала Прасковья, – если кто про меня узнает, меня с работы прогонят и больше никуда не возьмут. — О работе думаешь? А обо мне ты хоть раз подумала? Когда замуж за меня выходила – думала обо мне? Каково мне будет житься с такой женой? Думала ты об этом? Лгунья! Глаза Прасковьи налились слезами, губы задрожали. Казалось, что после ужасов, которые она пережила в монастыре, ей уже ничего не страшно, но, оказывается, это не так. Разочарование родных бывает страшнее всего. — Алешенька… – прошептала Прасковья и протянула к мужу дрожащие от волнения руки. — Отстань! Алексей замахнулся, но не ударил ее, опустил сжатый кулак. Губы его скривились в злой гримасе. — Правильно мне мать говорила, что с тобой все не так, Прасковья! Не сможешь ты никогда быть хорошей женой и матерью. Предупреждала она! Почему я ее не послушал? — Я постараюсь быть тебе хорошей женой, Алеша! Я самой лучшей женой в мире стану, вот увидишь! Только не гони меня! – сквозь слезы взмолилась Прасковья, – Мне просто нужна твоя помощь, Алеша! Я одна не справлюсь со всем этим… Прасковья подбежала к мужу, бросилась ему на шею и принялась целовать его щеки. Но Алексей оттолкнул ее, брезгливо вытер ладонью лицо и, взглянув ей в глаза, сурово сказал: — Нет уж. Такой я тебя не приму. Завтра же едем в монастырь снова. Я этому старику-монаху в его наглую рожу плюну, чтоб он впредь честных людей не обманывал! Услышав эти слова, Прасковья побледнела, как снег и попятилась назад. Когда Алексей протянул ей руку, она яростно замотала головой. — Нет, нет, нет! – шепот ее перерос в отчаянный крик, – Нет! Лучше убей меня прямо здесь и сейчас, Алеша, а в монастырь я больше не поеду! |