Онлайн книга «Ведьмы»
|
— Куда же ты бежишь от меня, любимый мой? Возвращайся назад, иди ко мне, я истосковалась по твоим жарким поцелуям! Нина? Женя оглянулся, рядом никого не было, только ветер поднимался и раскачивал вековые ели. Женя изо всех сил стукнул себя по щеке, чтобы прогнать из головы этот душный, навязчивый морок. Усилием воли он заставил себя идти дальше. Перед глазами замелькали картинки – обнажённая, зовущая, такая желанная Нина. Вот она откинула длинные волосы назад, чтобы Жене лучше были видны все ее округлые прелести. Кожа ее блестела от пота, руки тянулись к Жене, казалось, вот-вот он снова попадет в капкан ее убийственных объятий… Женя изнемогал от страсти, он уже почти смирился с тем, что не может сопротивляться своим желаниям, но в последний миг не сделал шага назад, устоял, вспомнил, как беременная Наталья кормила его, немощного и больного с ложки… Развернулся от видения, пошёл дальше. Тут голос Нины стал злым, разгневанным: — Сопротивляешься? Не хочешь любить меня, несносный мальчишка? Ну пеняй тогда на себя! В это самое мгновение с неба хлынули потоки воды, а где-то высоко раздались жуткие, оглушающие слух, удары грома. Небо словно раскололось пополам от ярких молний. Такого урагана Женя никогда в жизни не видел. Раскачивающиеся деревья ветер вырывал из земли с корнями, но Женя шел дальше, он знал, что, если остановится, то Нина утянет его назад, и ничто уже его не спасет от этого наваждения. Когда Женя не смог идти, перестав чувствовать ноги, он лег на землю и пополз, подтягивая тело на руках. И вдруг на земле рядом с собой он увидел змей. Их было огромное количество, и они ползли к нему – обвивали кольцами, сжимали, душили. А Жене чудилось, что вовсе это не змеи, а белые и тонкие руки Нины, которых не две, а бесчисленное множество. Женя мысленно попрощался с жизнью. Последнее, что он увидел перед тем, как его глаза закрылись, было длинное черное платье и чьи-то голые ноги с длинными ногтями. … Женя очнулся в тёмной комнатушке. Судя по всему это была старая изба – стены почернели от времени, мох между бревнами то тут, то там свисал клочьями. Женя скользнул взглядом по стенам – они сплошь были увешены сухими травами. Кое-как Женя поднял голову и осмотрелся вокруг. Маленькое оконце, затянутое бычьим пузырем, почти не пропускало в избушку дневной свет. На деревянном столе стояла свеча, а за столом сидела седая женщина и молилась, закрыв глаза. "Монашка! Значит, я все-таки до нее дополз!" – подумал Женя и облегченно вздохнув, снова опустил голову на жесткую подстилку. Из него как будто выкачали все силы. Лицо у монахини было мертвенно-бледное, сплошь покрытое морщинами. Закончив читать молитву, она поднялась со скамьи и подошла к Жене. Стояла возле него и молчала. Тогда Женя первым нарушил тишину: — Это ведь вы меня от змей спасли и из леса вытащили? Женщина продолжала молчать, но внимательно вглядывалась в его лицо, словно читала по нему что-то. Женя продолжил, тишина его угнетала, пугала: — Спасибо вам, матушка, за все, большое спасибо… — Не матушка я. Зови меня Анна, – голос у монахини был низкий, скрипучий, как будто последние лет 20 она не проронила ни слова. — Анна, – прошептал Женя пересохшими от волнения губами, – Я за помощью к вам, Анна, пришел. Видать, приворожила меня женщина чужая, приезжая. Сначала думал, сам влюбился, как дурак, но нет же – до чертовщины доходит, как ее вижу. С ума схожу, не понимаю, что делаю и не помню потом ничего. А еще… |