Книга Водяница, страница 51 – Екатерина Шитова

Петя отвернулся и взглянул исподлобья на баб Дусю. Она кивала ему, показывая руками на озеро, где мертвяки стояли по пояс в воде с опущенными головами. Они были знакомы ему, он всех их знал, как облупленных. А Гуля была чужой, другой, пришлой. Она была живой. Пока что живой… Умом Петя понимал, что баб Дуся права, и ей нельзя больше здесь находиться, но было что-то такое близкое и родное в этой сумасбродной девчонке, что притягивало его к ней. Пете не хотелось терять ее.

Люди мало что знают о мертвяках. К примеру, они думают, что не бывает любви после смерти, но он, Петя, знал, что она бывает. Потому-то он и стоял теперь, не шевелясь, просто не мог заставить себя пошевелиться, держал Гулю за руку, а потом вдруг резко притянул девочку к себе и крепко обнял.

— Помнишь, ты мне говорила, что я тебе, вроде как, нравлюсь?

Гуля не ответила, даже не взглянула на него. И Петька снова заговорил ей на ухо:

— Ты мне тоже нравишься, Гуля. Даже больше. Я тебя люблю!

Гуля ошарашенно посмотрела на парня. Тяжесть, давящая на нее, поднималась все выше и выше. Вот уже перед ее глазами все потемнело и расплылось. Она искала у Пети защиты, но защиты в этот раз не было. Парень опустил руки, отвел глаза в сторону и стоял перед ней бледный и потерянный. Волосы его свисали на лоб мокрыми сосульками, капли падали на лицо, и Гуля не понимала – что течет по его щекам: дождь или слезы.

— Прощай, Гуля, – буркнул Петя и, сунув руки в карманы, пошел прочь.

— Значит, вот такой ты герой? – закричала Гуля срывающимся голосом.

Водяница разинул рот, вода в его горле заклокотала, забурлила. Мертвяки подняли головы и все, как один, завороженно посмотрели на монстра.

— Отпусти меня, бабушка! Дай мне уйти! – заплакала Гуля, – Я не хочу умирать!

Она вдруг ощутила себя маленькой и беспомощной девочкой. Тело перестало подчиняться ей. Петя больше не держал ее, она хотела бежать, но не могла пошевелиться. Баб Дуся смотрела на Гулю спокойно и пристально. Только пальцы, теребящие край кофты, выдавали ее волнение. Она закрыла глаза и начала читать вслух молитву. Водяница, услышав ее, поднял голову вверх, завыл протяжно.

Дождь больно хлестал Гулю по лицу, она стояла на берегу – одинокая, растерянная. Достав из кармана смятый рисунок Змея, она, прикрывшись от дождя ладонью, зажгла спичку и уже почти поднесла ее к листку, но, взглянув на Петю, замерла, потушила спичку и бросила рисунок на землю.

— Ты меня предал, а я не могу тебя предать. Вот так… – прошептала она.

Когда монстр выполз на берег и двинулся в ее сторону, подтягивая под себя мощное змеиное тело, Гуля попятилась, потом развернулась и побежала.

— Гуля, стой! Тебе все равно не убежать от Водяницы! – закричала ей в след баб Дуся.

Но Гуля не собиралась останавливаться. Ноги скользили, но она бежала, что есть сил. Сердце рвалось от страха, она задыхалась, но внезапно во всей этой жуткой кутерьме случилось нечто такое, что заставило девочку остановиться.

Со стороны озера послышался громкий лай. Гуля обернулась и замерла – у воды стоял Снежок, ее милый пес! Он вилял хвостом и лаял, глядя на Гулю. Шерсть его промокла от дождя, повисла неопрятными сосульками вдоль туловища. Он был весь грязный и лохматый, но это был ее Снежок.

— Снежок! – крикнула Гуля и побежала назад, к озеру, не думая о том, что бежит навстречу монстру.