Книга Наперекор инстинкту, страница 40 – Ксения Власова

— Все ты верно сказала, — пожал плечами Дрейк, и уголки его губ опустились, а на лбу пролегла складка. Видимо, говорить об отце ему было неприятно. — Но я все равно добился своего: у дяди оказались не столь железные нервы. Ему было легче потратить день на поход в планетарий, чем слушать мое нытье. Тогда-то я и понял, что, в конечном итоге, все решает настойчивость.

— Интересный вывод, — пробормотала Миа.

Глаза закрывались, к разуму снова подкрадывалась туманная дымка, а в ногах появилась противная, ватная слабость. Кажется, совсем скоро она снова свалиться в обморок, но до этого момента ей придется поделиться с Дрейком своими мыслями. Чтоб его, это дурацкое чувство благодарности!

Миа вздохнула, уткнулась лицом в одеяло, чтобы не видеть реакцию Дрейка, и неуклюже, словно смущающийся подросток, глухо призналась:

— Я хочу помогать людям.

— Необычный выбор, — заметил Дрейк.

Она подняла голову и посмотрела на него. Взгляд Дрейка светился напряженным вниманием. Миа не знала, является ли причиной этого интереса действительно она сама или ему сейчас просто жизненно важно отвлечься от эмоций, навязываемых инстинктом, и поэтому он, как клещ, ухватился за первую же тему. Но, несмотря на это, его сосредоточенность на ее словах согрели душу.

Дрейк сел, задумчиво постучал пальцами по подлокотнику дивана, подождал ее ответа и снова заговорил. В этот раз его тон был ироничный, словно он хотел вывести ее на еще большую откровенность и для этого поддразнивал.

— Обычно желание помогать людям заставляет выбирать профессию учителя или медсестры. Стоматолога, на крайний случай, — Дрейк чуть насмешливо улыбнулся, обнажив красивые белоснежные зубы. — Судмедэксперт же…

— Уж точно не менее важен, чем стоматолог, — хмуро сказала Миа. Рассуждать здраво становилось все сложнее, в висках застучали молоточки. К тому же, ей не нравилось, какой оборот принял разговор. — Медсестра заботится о живых людях, но кто поможет мертвым?

Дрейк согнул ногу в колене, подтянул к груди и обхватил ее рукой.

— И в какой же помощи нуждаются мертвые?

Щеки Миа запылали. Рассказывать о сокровенном оказалось даже сложнее, чем ей думалось. В голове все ее доводы выглядели аргументированно и серьезно, но, когда она пыталась их озвучить, даже ей самой они казались странными и похожими на ребячество.

Дрейк потянулся к ней. Его рука поправила сползшее с плеча одеяло и легла на лоб. Миа затаила дыхание. Обыденность жеста, которым Дрейк проверил температуру ее тела, заставил испытать гамму противоречивых чувств: от раздражения до трепета. О ней никто никогда не заботился, и теперь она терялась, не зная, как себя вести.

— Я говорю это не потому, что у меня жар, — Миа все-таки нашла в себе силы пошутить, правда вышло как-то неубедительно, даже жалко.

Дрейк хмыкнул:

— Не сомневаюсь. Рассказывай дальше и перестань смущаться. Знаешь, сколько бизнес проектов я одобрил, выглядевших со стороны откровенно странно? Искренность почти всегда выглядит глупо.

— Не знала, что в бизнесе нужна искренность.

— Она нужна везде, но в бизнесе без искренней заинтересованности и желания реализовать свою мечту делать нечего. Рассказывай, Миа. Что такого случилось с тобой в детстве?

Она вздрогнула. Его проницательность стала для нее сюрпризом, хотя следовало догадаться, что успешный деловой человек, каким был Дрейк, легко свяжет одно с другим.