Книга Черная невеста, страница 94 – Мария Покусаева

Леди Тулли растерянно моргнула и сделала глоток из чашки.

— Хороший чай, – сказала она. – Может быть, самую малость горчит, но это, милочка, дело вкуса. А вы, лорд Дуглас, как думаете?

Ловушка захлопнулась. Лорд Дуглас, если и понял это, виду не подал. Он улыбнулся и перевел взгляд с леди Тулли на леди Кессиди.

— Прекрасный чай, – возразил он, продолжая не замечать Дженни Силбер, словно ее и нет в комнате. – Прекрасный чай в прекрасной компании. Не чувствую ни горечи, ни привкуса пыли, только свежесть. Мисс Голдфинч, – обратился он вдруг к Флоренс с шутливой торжественностью. – Как вы находите чай? После долгой и утомительной поездки по не менее утомительным делам, пожалуй, его вкус и свежесть особенно важны!

Дженни едва не фыркнула. Она скрестила руки на груди и посмотрела в окно, злая, как тысяча ос.

Вопрос и сам спор были настолько глупыми – после сегодняшнего дня-то! – что Флоренс не сразу даже поняла, что обращаются к ней. И растерялась, не зная, что ответить, поэтому сказала правду:

— Я слишком устала, лорд Дуглас, чтобы обращать внимание на вкус, – ответила она, поражаясь тому, насколько холодно прозвучал ее голос.

Почти как у дяди, когда тот отчитывал сестру Саманту.

На лице лорда Дугласа разлилось непонимание – видимо, он не привык, что на его шутки реагировали вот так.

Леди Кессиди посмотрела на Флоренс с искренней тревогой:

— Дорогая, если ты устала, может быть…

— Да, пожалуй, стоит подняться к себе, – сказала Флоренс и поставила блюдце с чашкой на столик рядом с собой. – Мне жаль покидать вас, но, кажется, волнения и дорога забрали все мои силы. Прошу прощения, леди Кессиди. Спасибо за чай и угощение.

Она встала, кивнув в ответ на сочувственный взгляд леди Тулли, и вышла из комнаты. Было так тихо, что Флоренс слышала шелест собственного платья. Но торопливые шаги догнали ее уже в коридоре.

Гулко хлопнула дверь. Шаги утонули в мягком ковре.

— Мисс Голдфинч, подождите!

Флоренс обернулась.

Лорд Дуглас, непривычно растрепанный и растерянный, остановился в шаге от нее и застыл, словно пытался и отдышаться, и подобрать слова.

— Что такое, лорд Дуглас? – устало спросила Флоренс.

Разговаривать с ним не хотелось. А еще рядом почему-то не оказалось никого из слуг – ни лакея, ни горничной, ни спешащей по делам экономки, – и от этого было неуютно.

— Я обидел вас? – спросил лорд Дуглас с искренней печалью.

Флоренс моргнула. И вопрос, и тон, которым его задали, никак не увязывались в ее голове с человеком, стоящим напротив.

— Вы – что? Обидели ли вы меня? – переспросила она и коснулась пальцами лба – там, где сейчас остро кольнуло болью. – Нет, лорд Дуглас, если вы кого и обидели сегодня, то мою кузину Дженни. А я просто устала. Прошу меня простить.

Она кивнула ему и развернулась, чтобы уйти. Святые и преподобные, ну что ему вообще нужно?!

— Я и не думал обижать Дженнифер!

Флоренс замерла и тяжело вздохнула.

— В таком случае, – она снова обернулась, – стоило бы заметить, что она очень старается получить ваше внимание.

— Тем, что язвит и дерзит при каждом удобном случае? – спросил он, став вдруг собранным и серьезным. – И отталкивает меня, когда я мягок и мил с ней?

Словно этого достаточно, чтобы быть хорошим человеком!

Флоренс пожала плечами.

— Я выросла в очень уединенном месте, милорд, не мне судить о том, как в высшем свете принято флиртовать и принимать ухаживания, – сказала она и поправила рукав платья.