Книга Черная невеста, страница 41 – Мария Покусаева

Сейчас Поппи и Даяна носились по саду вместе с собакой, золотистым ретривером Спайком, а Клара читала, сидя на подушках под деревом. Леди Имоджена не считала подвижные игры вредными или недопустимыми для девочек, но Ронан мысленно посочувствовал нянькам и прачкам, которым потом отстирывать белые платья от пятен травы, грязи или собачьих слюней, пришивать оторванные кружева и искать по саду ленты и пуговицы.

Эдвард иногда смотрел в сторону сестер, проверяя, все ли хорошо. Они с Ронаном прогуливались вокруг зеркального пруда. От воды тянуло прохладой, белые звезды кувшинок плавали по зеркальной глади, было тихо – и не скажешь, что ты почти в самом центре столицы. От остального мира сад отделяли крепкие стены старого особняка и высокая кованая ограда, перед которой росли колючие кусты шиповника. Он отцвел, на ветвях наливались красноватые тугие ягоды, и лишь кое-где вдруг мелькал цветок-другой.

— Я считаю, что сеньора дель Розель легко пройдет испытание, – сказал Ронан.

В этом и правда не было ничего сложного: сеньору ждали скучнейший допрос в Ордене и Зеркало Истины – заклятие, заставляющее настоящие намерения проступать сквозь любую ложь. Обойти его было почти невозможно. После этого, если… Нет, когда все будет нормально, Глория получит от Ордена разрешение на колдовство в Логрессе. И станет стригоей принцессы уже на бумаге. Перед законом этой страны.

Интересно, принцесса этого и добивалась? И только ли в ее деликатных проблемах дело? Впрочем, будь здесь какой-то подвох, Эдвард бы не позволил сеньоре дель Розель и головы из дворцовых покоев высунуть.

— Я не сомневаюсь в Глории. – Эдвард заложил руки за спину. – Но не задурила ли она тебе голову, друг мой?

Ронан посмотрел на него, не скрывая изумления.

— Ты считаешь, что она могла бы задурить мне голову? – спросил он с той интонацией, с которой сыны Эйдина уточняют, не назвал ли собеседник случайно их матушку или сестру гулящей девкой, а их самих трусливыми псами.

После таких вопросов обычно следовал мордобой, но, конечно, Ронан не собирался вызывать друга на кулачный поединок.

— Ни секунды в тебе не сомневался, ловец Макаллан, – усмехнулся Эдвард, но тут же снова стал серьезным. – Сеньора дель Розель хитра и умна. Мне важнее понять не то, пройдет ли она испытание при комиссии, а то, что ты думаешь о ней.

— То есть не задурит ли она головы наших почтенных мужей?

— Не совсем так. – Эдвард поднял с тропинки большую палку и свистом подозвал Спайка. Палка отправилась в полет, пес за ней, а две смеющиеся девчонки за псом. – Моя матушка говорит, что ей нравится Глория. Моим сестрам нравится Глория. Его Высочеству принцу-регенту тоже очень нравится Глория – настолько, что за бокалом вина он рассказывает мне о песнях картахенских хитанос, которые нашел невероятно близкими своему сердцу. Даже мне нравится Глория, она приятная собеседница и демонически красивая женщина. – Уголки его губ растянулись в почти мечтательной улыбке. – Но она не нравится некоторым фрейлинам Ее Высочества, а еще ряду почтенных лордов в совете и, что уж таить, не нравится королевскому врачу, на которого работает. Я, правда, склонен считать, что это профессиональная ревность к женщине и чужестранке, но, Ронан Макаллан, быть может, я ошибаюсь?