Книга Черная невеста, страница 165 – Мария Покусаева

Сейчас она дремала, положив голову на жесткую дорожную подушку, на бледной коже виднелись красноватые пятна – следы тех слез, которые леди Найтингейл успела пролить за две недели. Во сне лицо смягчилось, дыхание стало ровнее. Капли, которые дала Глория, действовали – без них, Ронан был уверен, леди Найтингейл не смогла бы заснуть.

В Эйдине, в Грин-Лоу, храме на границе, перед лицом святых эта девушка станет его женой – по воле принца-регента, но, кажется, вовсе не по собственному желанию. Выбора у нее не было.

У Ронана выбор был, и он выбрал за них обоих.

Словно почувствовав, что он смотрит на нее, Флоренс Найтингейл проснулась. Ее ресницы дрогнули, на лице мелькнуло капризное выражение, как бывает у разбуженных детей, и леди открыла глаза. Наверное, она не закричала только потому, что не успела.

— Это всего лишь я, леди Флоренс, – сказал Ронан, стараясь, чтобы голос звучал как можно мягче.

Она резко села, поправляя задравшиеся юбки. Румянец испуга схлынул с ее лица, Флоренс глубоко вздохнула несколько раз, оглядываясь и вспоминая, что к чему и где она находится.

Ронан указал на плетеную корзину, которая стояла на столе.

— Хотите перекусить? – предложил он.

— Почему вы на меня смотрели? – спросила она вместо ответа.

Ронан пожал плечами.

— Просто. Задержал взгляд на вашем лице.

Можно было бы сказать какой-нибудь глупый комплимент или напомнить, что через несколько часов она станет его женой – формально и на бумаге, для тех, кто хочет заполучить ее деньги и ее саму. Но Ронану это казалось неправильным. Плохой идеей.

Флоренс Найтингейл ловко зашнуровала туфли.

Проделать это в корсете было бы сложно, а значит, она правда была настолько тонкой, что это казалось болезненной худобой, а не изяществом юной леди. Впрочем, после того, что она пережила, неудивительно.

Черное вдовье платье делало ее похожей на тень.

Флоренс встала и посмотрела на себя в зеркало, висевшее рядом с дверью вагона. Она сморщила носик и тряхнула головой, после чего покраснела и взяла с полки свой маленький саквояж.

— Что вы делаете, леди Флоренс? – спросил Ронан.

— Ищу расческу. Я растрепалась во сне. – Она достала из саквояжа льняной мешочек с приборами для волос. – Простите, я покину вас на несколько минут, мистер Макаллан. Мне нужно… побыть одной.

— Только недолго, леди Найтингейл, – сказал он, разглядывая штору, чтобы не смотреть на спутницу и не смущать ее. – Судя по времени, скоро за окном начнутся красивые виды.

Флоренс застыла на миг: ее собственная фамилия напугала ее.

— Хорошо, мистер Макаллан, – кивнула она сухо, а потом добавила, обернувшись: – Кстати, я не собираюсь сбегать или… делать с собой что-то, если вы волнуетесь.

Ронан волновался, это правда. Вдруг она решит выпрыгнуть из подходящего окна? Или попытается ринуться в соседний вагон и привлечет лишнее внимание к ним обоим? Но Флоренс, кажется, была благоразумна, хотя и напугана до смерти.

Когда она вернулась, с влажными волосами у лба и висков, Ронан сидел за столом, рассматривая проплывающий за окном пейзаж: ровные поля центрального Логресса начали сменяться холмами вокруг Эброука, каменными изгородями и мостами через мелкие речки. Небо было ясным, солнце почти достигло зенита.

— Я впервые путешествую на поезде, – сказала Флоренс Найтингейл.